Вкус предательства (СИ)

Выбирает качели у детского комплекса для игр, и садится. Оставляя расстояние между нами, сажусь с другого края.

— Начинай. — смотрит вперед, сложив руки и поставив сумку на свои колени: — Хотя, подожди, что с Абрамовым?

Резко переводит нахмуренный взгляд.

— Что с Абрамовым… — желваки сами собой появляются на лице: — Он жив.

Знаю, что должен дать более объемную картину, но эта тема до сих пор выводит из себя.

— Артур… — тон такой из прошлого, что даже немного отпускает.

— Я прослушал запись… — начинаю сначала: — …Ты была права, мне не понравилось. — печально усмехаюсь: — Но, исходя из вашего разговора подтвердилось то, что есть еще, скажем, задействованные персоны. Еще до той встречи мне начали искать информацию. И ты не поверишь… — я еще сам, мать его, не верю: — Ирина Романовна Ризанова, помнишь такую? — как-то горько звучит.

— Твою мать сложно забыть. — тихо отвечает Ника и я с ней согласен.

— Это так… Если коротко, причастна и она. Вероятно, причина, что все наследство Ризановым досталось мне. Отец не оставил ей и сраной однушки на окраине. Ни кола, ни двора.

Ника в ужасе смотрит. Краем глаза замечаю, хоть и взгляд опущен на, сложенные в замок, руки.

— О Боже…только не говори, что она с Абрамовым… — шепчет она.

Девочка, причастны оказались все, кого я считал своими близкими людьми.

— Нет, она не готовила твой якобы дебют в порно… — звучит с таким отчаянием, что самому тошно: — Она выкачивала деньги. Миллионы выводились на разные счета за подписью Абрамова. Буквально последний год, но там около ста лямов наберется.

— Вот черт! — поджимаю губы, переводя взгляд на нее.

Ладонями прикрывает рот, а глаза полны шока и сочувствия вперемешку.

Нда…обратная сторона богатства или как там говорят?! Не имей сто рублей, а имей сто друзей… мать его.

— Но как?!

— Абрамов старший, судя по всему, шел на поводу у этой женщины. Еще давным давно, она изменила моему отцу с отцом Кира. Уж не знаю, сколько это продолжалось тогда, но, по фактам, сейчас она также старательно обеспечивает себе безбедную жизнь. Сговор семейства или всему виной только собственная мать, я пока еще не знаю. Но неоспоримо, что мой, так называемый, друг детства выводил деньги для них. Он, в общем-то, и сам не отрицал. Ровно как и то, что ты в ту ночь спала беспробудным сном.

Наблюдаю за ней, испытывая невероятный груз вины, стыда и сожаления.

Ника все еще в ужасе, пытается, видимо, принять информацию.

— Так что… он жив, не хватает пары тройки зубов и скорее всего потребуется несколько швов, но дышит. Смею предположить, что помять друг друга прямо нужно было. — действительно в этом убеждён.