Вкус предательства (СИ)

— Зачем он так поступил?! Ты ведь не причем, ты не виноват в том, что твоя… что женщина совсем не имеет рассудка и материнской души! — со страдальческой улыбкой слушаю ее."

"— В день нашего знакомства… — Ника хмурится: — Он первый заметил тебя.

Теперь она едва не с раскрытым ртом ждёт продолжения.

— И…

— И…я опередил.

Нет смысла рассказывать все, потому что то, как он указал на нее приятным точно не будет, как и то, чего ему хотелось бы с ней сделать. Ну а его истинное желание всегда было завуалировано спортивным интересом.

— Подожди, но…

— Помнишь первый вечер в нашей компании? — она будто механически кивает: — Разве не он крутился около тебя, несмотря на то, что с другой стороны был я?

— Но ведь это было знакомство, не знаю, это же вежливость. — пытается объяснить, а в глазах непонимание и неверие: — Я думала, он так старается, чтобы я, как бы сказать, вписалась, потому что вы друзья.

Тихий саркастический смешок не удается сдержать.

— Нет, это была попытка произвести впечатление… Говоря прямо, уделать меня, показать, кто самый крутой. Блядь, звучит убого, но тогда да, было именно это! Я считал, что он просто издевался в своей манере. Выставлялся шутом, действовал мне на нервы, потому что я впервые сходил с ума от девушки… — пауза, которая получается сама собой, позволяет сделать вдох: — Что это ничего не значило для него… И, как видишь, я облажался.

Слышу тихое шмыганье носом и, черт, самому выть охота.

— Я сожалею, Ник. Так, как никогда не сожалел, поверь.

Произношу то, что едва выношу сам. Она молчит, судорожно вытирая слезы, наверное с надеждой, что я не вижу. Только я вижу и, это будто выжигает органы изнутри.

— Когда я узнал о видео, то… Ты наверное понимаешь, потому что испытала это же тем утром. Но тогда я…единственное, чего хотел это забыть кадр, где вижу, как ты целуешься с каким-то уродом. А дальше и вовсе позволяешь себе то, что допускала только мне. Тогда отключилось все, кроме лютой адской боли. Было ощущение, что эта боль повсюду, что, сука, в каждой клетке тела рвёт и кромсает.

— Прошу не надо…

Она уже вовсю плачет, но какой бы мукой для меня не были ее слезы, прежде чем она скажет последние слова, она должна услышать и мою исповедь.

Как наверное крохотный шанс на прощение. Может спустя десять, а может и двадцать, тридцать лет, она простит. И пожалуй, я буду существовать с верой в это. Иначе, без этой веры потеряю рассудок.

— Абрамов показал видео спустя несколько месяцев, аккурат за тридцать дней до свадьбы. Это было в тот день, когда у тебя была внеурочная тренировка. Надеялся, что ты ненадолго и решил заехать к нему, пока ты танцуешь. — самая сложная и неприятная для нас обоих часть: — А потом все как в тумане, Ника. Бар, множество стопок, которые никак не заканчивались.