Влюбиться на максимум (СИ)

— Значит, хреново кормят! Поговорю с твоей матерью о твоём рационе. А узнаю, что сидишь на какой-то диете, я тебе голову откушу.

— Не сижу я ни на чём!

— А вес падает. Если ты на ринге от голода в обморок упадёшь, я как это объяснять комиссии буду?

— Не собираюсь я падать!

— А я не уверен.

— Тогда снимайте меня с соревнований! — выдергиваю у него справку. — Если вы такое сыкло.

Сорвалась опять.

Вчера Дэю досталось за бумажку мимо мусорного ведра. И вот! Я же никогда себе по отношению к Филипчуку такого не позволяла. Он аж задохнулся от возмущения и злости.

— Если бы было кем тебя заменить, так бы и сделал, — прорычал сквозь зубы, отобрал у меня заключение и ушёл.

Атмосфера из-за всеобщего нервоза удручённая. Не удивительно, что орём друг на друга.

— Очкуешь? — подкалывает подошедший Кирилл.

— А ты нет? — смотрю на бой двух кандидаток.

Та, что выиграет, встанет в пару со мной. И они обе хороши. Поэтому улавливаю каждое движение. У каждого бойца свой "" почерк"" и слабые места.

— Не особо…

— Ну да… Второе место тебе так и так обеспечено. А я первое хочу. Калинина не видел? — отвлекаюсь, чтобы очередной раз осмотреться.

— Нет. Должен приехать?

— Обещал. Фролов где?

— У Самсоныча нос вправляет, — посмеивается.

Мда… Прилетело Егору, откуда не ждали. Сразу нокдаун.

— Вон твой Калинин, — кивает головой в конец зала.

Я перевожу взгляд на Гордея, а на ринге в этот момент моя будущая партнёрша вырубает оппонента. Гонг. Бой окончен.

— Не опоздал? — подходит Дэй, пожимает руку Лаврику.

— Нет. Как раз вовремя. Сейчас она отдышится и моя очередь, — показываю на победительницу.

— Это хорошо, что она выдохлась. Легче будет её зарубить.

— Я тоже выдохлась, только раньше.

— А это уже преимущество, пусть и небольшое, — потирает, подбадривая, мне плечи.

Да, он прав. У меня было чуть больше времени на восстановление.

— А третий мушкетёр где? — смотрит по сторонам Дэй.

— Фролов? Он у доктора. Ему шнобель локтём снесли, — усмехается Кирюха. — Но всё равно с третьим местом остался.

— Это больно, — морщится Калинин.

— Да, я бы не хотел так подправить фэйс.

Томительное ожидание и наконец-то вызывают на бой.

Я никогда не испытываю жалости к соперницам, они мне не подружки. Бью всегда, выкладываясь по полной. Но эту мне жалко — мало времени на восстановление было. И она никакая.  К н и г о е д . н е т

Но к концу боя у неё всё же открывается второе дыхание, и она выматывает меня.

— Макс, что ты как тряпка! — кричит откуда-то слева тренер. — Врежь ей!

Легко сказать. У меня мышцы ватные и не слушаются. Только техника, выработанная за годы тренировок, спасает.

Размахиваюсь рукой и мажу. А соперница попадает вскользь по скуле и она начинает гореть огнём. Хочу ответить, но звучит финальный гонг. Разводят в стороны.