Мой идеальный смерч

– Слово «администратор» – производное от слова «ад», – весьма громко заявила я. – То есть, ха-ха-ха, это тот, кто заведует адом! Или его многочисленными филиалами. Вот прикол!

Проходившая мимо еще одна парочка – только уже настоящая, с интересом взглянула на меня, а мужчина, который сидел неподалеку от стойки приема на шикарном диване из белой кожи, с улыбкой посмотрел в мою сторону.

– В лифт, – тут же велел Смерч.

Естественно, там он сразу привалился к стене, умудрился принять нудно-страдальческое выражение лица и принялся жаловаться, как ему плохо и как у него болит голова, суставы ломит, а в груди что-то скребется.

– Ты же только что цвел и пах! – поразилась я этакой метаморфозе.

– Я не могу при женщинах, тем более таких красивых, вести себя немужественно, – услышала я глупый ответ и завопила:

– Ты что, неиллюзорный идиот? А я кто, по-твоему? Я же тоже девушка! Почему ты при мне тогда стонешь, как бабка?

– Во-первых, – он строго взглянул на меня, – ты сама виновата в моей плачевной ситуации, Бурундук, а во-вторых, мы партнеры, зачем нам что-то друг от друга скрывать? Ты тоже можешь при мне стонать, и не только от боли.

– И что же у нас в-третьих? – стала я рассматривать наши отражения в зеркале, которым была украшена одна из стенок лифта. Смерч выше, я ниже. Он темноволос, я светловолоса. Дэн говорит с закрытыми глазами, а я с интересом осматриваю лифт и отражения в чистом, как будто только что отполированном зеркале. А, да, надо добавить еще что-то вроде: я умная, а он дурак.

"– В-третьих? – лифт остановился, и парень распахнул глаза. – Хочешь знать, Чип?

– Да.

– С тобой я не чувствую потребность казаться лучше, чем я есть, – с этими словами он первым вышел из лифта, оставив меня в легком недоумении. Умеет ошарашить, вонючка этакая.

– Ну ты и балбес, – вынесла я ему привычный вердикт. – Эй, стой, куда пошел без меня! – я догнала парня и продолжила: – А вообще у нас с тобой похожая ситуация. При тебе хоть на ушах ходи, меня это не волнует.

– Может, мы родственные души? – уже возясь с замком, спросил Смерч.

– Моя родственная душа – это Никита, – не согласилась я, отпихивая парня, чтобы первой войти в номер люкс. Первая вошла, первая повздыхала, глядя на эту двухкомнатную красоту, обставленную с неведомым мне раньше шиком, и первая обнаружила единственную на все это пространство, включавшее в себя спальню и гостиную, разделенную на кабинет, небольшую кухню с барной стойкой и зону отдыха.

– Я бы так не сказал.