Возвращение грифона

Брежнев внимательно осмотрел Машу, задержавшись взглядом на ее груди, лодыжках и бедрах, обтянутых тканью, а затем сказал, хрипловато засмеявшись:

— Да, хороша Маша… да не наша! А жаль. Хорошая девушка, приятная, красивая. Вот что, ребятки. Согласия на операцию я не дам.

Он еще помолчал и, глядя на наши разочарованные лица, добавил:

— Если они не разрешат омолодить мою Витю.

— Какого Витю? — не понял я.

Генсек усмехнулся:

— Витю, Викторию Петровну, мою супругу. Зачем мне молодость, если я буду без нее жить. Нет, не нужно мне такой молодости.

— А она не против?

— А почему женщина должна быть против омоложения? — гулко засмеялся генсек.

 — Ну, насмешил! Ты спроси у своей супруги — она против омоложения? Это все равно как спросить у пчелы — она против меда или за? Ребята, скажите, результат стопроцентный?

— Хмм… в общем — да, если мне не подгадят.

— Как это? — не понял генсек. — Кто может подгадить?

— Те, кому не надо, чтобы вы вернули себе былое здоровье.

— Хмм… может, да. Может быть. Они привыкли за моей спиной кружить — могут подгадить. Так вы сделайте, чтобы не смогли. Вы-то на что?

— И действительно — на что? — пробормотал я под нос.

 — Сделаем, Леонид Ильич, сделаем.

— Ну и ладно. Идите отдыхать. Вас хорошо устроили? У вас все есть?

— Все отлично, спасибо.

— Это хорошо. Идите. И я тоже пойду. Устал сегодня.

Мы поднялись и быстро ретировались в коридор. Честно говоря, вид генсека оставил у меня гнетущее впечатление. Старик, развалина — какой из него правитель? И ему оставалось еще шесть лет…

— Вот, все по списку что вы мне дали. Двадцать пунктов, — мужчина в сером костюме пододвинул ко мне дипломат и откинул крышку, — главная проблема была, конечно, со слезами девственниц.

Да и другие ингредиенты тоже задали жару…

— Должен разочаровать вас. Я не приму слезы, землю с могилы, кость летучей мыши и еще некоторые ингредиенты без проверки. Мне было заявлено, что за успех операции отвечаю своей головой и головой моей жены. Потому я сам лично должен убедиться, что слезы девственниц — это слезы девственниц, а кость принадлежит летучей мыши. Обеспечьте нам транспорт и подготовьте девственниц — жена их будет опрашивать и проверять. А также набирать слезы.

— Хмм… я понимаю вас, — кивнул головой собеседник, — но должен доложить руководству. — Он встал и, попрощавшись, ушел, оставив дипломат лежать на столе.

Мы с Машей переглянулись, и она задумчиво сказала:

— Будь осторожен. Не нравится мне ситуация. Как бы проблем не было…

— С чем? С колдовством? Если нормальные ингредиенты — никаких проблем не будет."

"— Нет, не с колдовством. С людьми…

Маша как в воду глядела. За последующие три дня мы пережили два покушения. Вернее, я пережил. И пережил с трудом.