Все в шоколаде

Однако убивать тебя мне ни к чему, а Деду тем более, иначе с какой стати было приглашать тебя в наш город? Конечно, кто-то мог захотеть избавиться от тебя, в том случае если ты успел накопать что-то ценное, но особо толковым парнем ты не выглядишь, и я в этом сильно сомневаюсь.

– Может, еще скажешь, что взрыв – чистая случайность? Газовый баллон, к примеру, или что-то в этом роде?

– Тоже вряд ли… Но, если ты обратил внимание, на первом этаже находится наша штаб-квартира…

– Обратил, – перебил он.

– Ну вот, кому-то она действовала на нервы.

– Ага. – Он достал из кармана нож, щелкнул лезвием, а я начала вибрировать, то есть дрожать мелкой дрожью. Уверена, пистолет не произвел бы на меня такого впечатления, а вот нож… “Соображай быстрее, – торопила я себя, – расскажи что-нибудь этому парню, иначе жизнь в самом деле станет скверной, точнее, то, что от нее осталось”. Он играл ножом, а я наблюдала за ним. – Иногда человеку трудно произнести какое-то слово. Просто трудно, и тут уж ничего не поделаешь, – задумчиво сообщил он. – Так и быть, я тебе немного помогу. Девчонку убила ты?

– Что? – охнула я. Его движение было молниеносным, а я вскрикнула от боли в руке.

– Мы можем развлекаться так довольно долго, – вздохнул Лукьянов, а я засмеялась, потому что, несмотря ни на что, ситуация была до смешного нелепой.

– Ты хочешь сказать, я убила эту девушку? Аллу?

– Хочу. И ее, и ту, другую, в “Пирамиде”.

– Да с какой стати? – возмутилась я, забыв на какое-то время и о боли, и об опасной игрушке в его руке.

– Если в моих рассуждениях что-то не так, можешь меня поправить, – усмехнулся Лукьянов, бросил в огонь деревяшку, которая недавно была ножкой стула, и принялся излагать.

– Ты была любовницей Деда, так?

– Ну…

– Потом он тебя бросил…

– Немного притянуто за уши, но пусть будет так.

– Ты не вышла замуж, не завела дружка, а ударилась в запой…

– В запой я ударилась месяца три назад, – усмехнулась я, – а расстались мы давно.

– Ты из тех баб, что болезненно воспринимают отставку, но досадить Деду не имела возможности, прекрасно понимая, какие последствия…

– Не продолжай, ясно.

– Отлично. Ты пила горькую и строила планы мести. А потом узнала о его шашнях с этой девицей. Так?

– О шашнях сообщил мне Дед уже после убийства.

– Ты его выследила, явилась к девчонке. Может, сказала, что тебя прислал Дед, поэтому она не испугалась…

– И стала бродить передо мной в одних трусах?

– У вас свои закидоны… Возможно, ей нравилось тебя дразнить. Я слышал, девчонка была красавицей. Ничего не опасаясь, она прилегла на кровать, а ты накинула ей чулок на шею и придушила. А потом, конечно, испугалась. Вряд ли бы все это понравилось Деду. И тогда тебе в голову пришла светлая мысль представить дело так, будто там поработал маньяк.