Все в шоколаде

Она вытаращила на нас глазки и пропела:

– Милый, что это?

– Исчезни, – не выдержала я, вытолкала девицу из холла и захлопнула дверь перед ее носом. Вторично появиться девчонка не рискнула, а Дед как будто вовсе не обратил на все это внимания. Он пододвинул кресло, сел и хмуро кивнул Сергею:

– Говори.

И тот довольно толково изложил события последних дней, а я наблюдала за реакцией Деда. Ох как ему все это не нравилось. До выборов совсем ничего, лучший друг и денежный мешок едва не снюхался с конкурентами, а когда передумал кидать дружка, таких дел наворотил, что впору укладывать трупы штабелями.

Когда Сергей закончил. Дед еще некоторое время таращился в пустоту, лишь правая рука его нервно двигалась по подлокотнику кресла. Наконец он поднял голову.

– Да-а, – сказал он без выражения, подумал и добавил:

– Тебе не стоило приводить его сюда.

""Конечно, – мысленно хмыкнула я, – но придется тебе это пережить”.

– Ты хотел знать и теперь ты знаешь, – подойдя к нему, заговорила я. – В машине на улице сидят пацан и его мать под чутким взглядом Лукьянова. Тот ждет твоего решения. И я жду.

– Какого решения? – вроде бы удивился он.

– Мальчишка – свидетель. И его жизнь зависит от тебя. Ну так вот, если ты решишь, что он ненужный свидетель, для начала придется избавиться от меня.

– Ты с ума сошла, – по обыкновению, попытался увильнуть он. – Что за чушь ты здесь болтаешь?

– Ему семнадцать лет. Слышишь? И он не сделал ничего такого…

– Прекрати, – рявкнул Дед, надеясь, что я заткнусь, но это не входило в мои намерения.

– Ты ведь понял? И ты знаешь, что я сделаю.

– Убирайся, – с трудом сдерживаясь, приказал он.

– Ага, – кивнула я. – На всякий случай прощай.

Теперь он крикнул:

– Вернись. – Я остановилась, а потом подошла к нему. – Как ты можешь… – сказал он с болью и вроде в самом деле чувствовал ее. – Ты же знаешь, у меня никого нет, кроме тебя.., вообще никого. Так какого черта ты делаешь из меня ублюдка без сердца и совести?

Уж я-то знала, как он умеет говорить. Иногда так разойдется, заслушаешься. И соревноваться с ним в этом виде спорта я никогда не пыталась.

– Поклянись, что парня не тронут, – сказала я. – Поклянись моей жизнью. Она ведь тебе дорога, верно?

– Конечно, его не тронут, – ответил он печально, но меня это не удовлетворило.

– Нет. Не так."

"– Я клянусь, – взглянув на меня внимательнее, кивнул Дед. – Его никто и пальцем не тронет. А теперь убирайся. И не показывайся мне на глаза, пока я сам тебе не позвоню.

Я сочла за благо побыстрее унести ноги, но, проходя мимо Сергея, не удержалась и, похлопав его по плечу, сказала:

– Прощай, парень.

Он ухмыльнулся в ответ.

* * *Ромка с матерью сидели в машине обнявшись.

– Порядок, – поспешила я их порадовать, но особо радостными они и после этого не выглядели.