Все в шоколаде

У Марины характер трудный, она ни с кем подолгу не дружила. Не успеешь имя запомнить, а они уже враги, – точно оправдываясь, сказала женщина. – Спросите в “Регтайме”, еще в бильярдной в парке Гагарина. Они обычно там, насколько я знаю.

– У Марины есть записная книжка?"

"– Под телефоном какие-то бумаги. Сейчас принесу. – Она вышла в прихожую и вскоре вернулась с разноцветными листочками. Имя Рома было обведено кружком, и рядом номер телефона, мобильного.

– Уже кое-что, – пробормотала я и просмотрела остальные бумаги. – Спасибо, – сказала я, возвращая листки.

– Вы будете ее искать? – неуверенно спросила женщина.

– Нам хотелось бы с ней поговорить.

– Думаете, она замешана?

– Я же вам объяснила, идет следствие, проверяют всех знакомых Гарика… Кстати, Татьяна Ивановна, у вашей дочери не было вот таких клипс? – Я извлекла из кармана безделушку, напоминающую миниатюрную шахматную доску, и протянула ее женщине. Она могла бы и не отвечать, и так все ясно: клипса Маринина, потому что Татьяна Ивановна побледнела и даже шарахнулась от меня, прижав руку к груди.

– Это.., это там, да? Нашли? Значит, она… Господи…

– Ничего не значит, – попробовала я ее успокоить, – я же говорю, идет следствие… Татьяна Ивановна, если Марина появится, позвоните мне, пожалуйста, вот номер телефона.

Надеюсь, вам не надо объяснять, как это важно.., для вашей дочери, естественно. Вы взрослый человек и в отличие от нее должны понимать: если прятаться от следствия, эффект получается обратный. Ее найдут, но последствия могут быть самые…

– Да-да, я.., я обязательно… Только бы она появилась. Я позвоню.

– Спасибо вам, – кивнула я. Лукьянов поднялся, и мы покинули квартиру.

 – Похоже, маме не до старшей дочурки.

– Думаешь, она и в самом деле не знает, где ее дочь?

– Ты в восемнадцать лет часто с мамой по душам разговаривал?

– У меня не было мамы. И папы тоже. Была бабушка парализованная, и в восемнадцать лет я не в кабаке торчал, а под пулями.

– Извини, я не в курсе твоего героического прошлого, – пожала я плечами и достала сотовый из сумки, набрала номер и, когда мне ответили, попросила:

– Валера, пробей номерок. Телекомовский, да.., хорошо. Через некоторое время будем знать точный адрес, – сказала я, – а пока предлагаю поужинать.

Лукьянов ничего не ответил, и я приняла это за согласие. Ужинали мы в кафе в квартале от школы. Позвонил Валера, один из людей Лялина, и сообщил точный адрес Пастухова Романа Олеговича.

– Порядок, – кивнула я. Лукьянов позвал официантку, достал бумажник с намерением расплатиться, а я сказала:

– Ты у нас в гостях, плачу я… – А он разозлился. Официантка отошла. Он сурово взглянул на мою улыбающуюся физиономию и вроде бы собрался что-то произнести, но сдержался.