Все лики любви

Она не поехала в каникулы домой, и обеспокоенная ее странным состоянием мама приехала сама и ужаснулась! Дочь было не узнать! Она похудела, выглядела замученной, в глазах – болезненный фанатичный блеск, и разговоры только о Мише и ни о чем другом. Евгения Максимовна расплакалась, и только мамины слезы как-то смогли отвлечь Верочку от предмета ее страсти и обратить, наконец, внимание на родную мать.

– Мам, ну что ты? – недоумевала дочь такой материнской чуть ли не скорби.

– Этого следовало ожидать, – тяжко вздыхала мама, вытирая слезы.

– Чего? – уточнила Вера."

"– Твоего эмоционального срыва.

– Это не срыв, мам, это любовь! – фанатично доказывала дочь.

– Верочка, – предприняла попытку объяснить ей реальность мама, – послушай меня, пожалуйста.

– Хорошо, – кивнула Вера, села напротив, сложила на столе руки одну на другую в позе примерной ученицы, демонстрируя готовность слушать.

– Когда умер твой отец, – не удержавшись, снова вздохнула мама, – тебе исполнилось всего пятнадцать лет. У вас с ним всегда были особые отношения, очень близкие, Степан любил тебя больше всего на свете, баловал и был для тебя не только отцом, но и другом, эталоном мужчины.

И вдруг он умирает в одно мгновение. Если бы он умер после долгой болезни, как бы тяжело ни было, у нас нашлось бы время подготовиться, или из-за несчастного случая, то можно было обвинять кого-то в этом. А здоровый, сильный, молодой мужчина в полном расцвете сил – и вдруг его не стало. И ты обиделась на него. Ты почувствовала себя преданной самым родным человеком. Преданной и брошенной.

– При чем здесь смерть папы? – возмутилась Вера, убрала руки со стола и, сложив ладони, сильно переплела пальцы, до побелевших костяшек.

– При том. Ты закрылась, захлопнулась внутренне, в одиночку переживая это, как тебе казалось, предательство. Для тебя его смерть стала таким ударом, что тебе нужно было найти виноватого, и ты выбрала самого отца. Целых полгода ты не плакала о нем, не могла. И за эти полгода ты научилась скрывать свои чувства, замыкаться и переживать все в себе. Есть люди, которые по характеру, от природы вот такие замкнутые, скрытные, а ты другая. Ты светлая, в тебе много радости и юмора, пусть ты и не открытый нараспашку человек, но замкнутость и закрытость – это не твое.

Однако все эти годы ты так и не отпустила этой закрытости и пряталась в ней от людей и возможной боли. А ты человек сильных эмоций, до поры ты реализовала их в учебе, но твоим чувствам необходима и иная реализация, человеческая. Вот все это накопившееся и выстрелило, как из пушки, искажая твое восприятие мира.

– Мам, это, конечно, прекрасная лекция по психологии, – упорствовала в своем зацикливании Вера, – но у меня любовь, и тебе, мам, надо просто с этим смириться.