Вынужденная невеста дракона

– Дерек! – вздрагиваю я, не ожидая, что он опустится до подобных угроз. Он совсем с ума сошел?

О боги! От него веет такой яростью, что внутри всё дрожит от страха. О боги! Что, если Тьма сейчас прорвется?

– Ты не говорила, что твой брат живет с вами, – карие глаза дракона пронзают насквозь.

– Ты не спрашивал, – хочу ответить я, но Гейб опережает.

– А тебе с этого какое дело? – вновь фамильярничает Гейб, и я уже готова его чем-нибудь треснуть! Ему жить, что ли, надоело? Подумал бы о Мей!

Взгляд Дерека становится еще опасней.

– С того, что это моя женщина, – заявляет дракон, а я каждой клеточкой тела чувствую, что еще одна провокация со стороны Гейба, и от этой избы останутся только щепки.

– Женщина, которую ты бросил на произвол судьбы. Так что забирай свои претензии и уходи туда, откуда пришел! – заявляет Гейб...

Всё! Это конец! Я чувствую, как вокруг дракона начинает клубиться опасная магия. Сердце от страха убегает в пятки и смолкает где-то там. Только не драка!

– Вы оба! Остановитесь! – умоляю я, но эти двое едва ли слышат меня.

Смотрят друг на друга так, что и на людей-то больше не похожи.

И, к своему сожалению, я знаю, кто из этих двоих однозначно одержит победу.

– В доме ребенок! – напоминаю я. – Ему и так хватит на сегодня неожиданностей!

Не знаю, каких богов благодарить, но напряжение немного спадает. Эти двое всё еще готовы поубивать друг друга, но по крайней мере, сдерживают себя.

– Я уйду отсюда только со своим сыном и невестой, – отвечает брату Дерек, и я вздрагиваю, будто меня только что окатили водой из проруби.

Что он только что сказал? Сын? Его? О боги.

Ноги подкашиваются, хватаюсь за край стола, чтобы не упасть.

– А тебе, как будущему шурину, если не собрался на виселицу раньше, крайне не рекомендую продолжать этот дешевый фарс, – меж тем заканчивает свою речь дракон в полной уверенности, что Гейб, наконец-то, включит мозг и перестанет нарываться на наказание.

И в этот раз брат, правда, не спешит отвечать. Он переводит взгляд на меня, будто бы что-то спрашивая, но я ничего не понимаю. Стою словно в тумане, слушая оглушающий грохот собственного сердца.

– О каком сыне ты говоришь, темный? Здесь таких нет, – заявляет Гейб, и едва Дерек сжимает кулаки, намереваясь поправить брату челюсть, как Гейб достает из-за пазухи плотный листок с приметной эмблемой магистрата.

Гоблины!"

"Я с ужасом осознаю, что это и есть тот самый документ на отцовство, о котором я так долго просила брата, чтобы на нас с Рейном перестали коситься.

О боги! Что в нем написано?

Дорогие читатели, я знаю, что вам не терпится вернуться к динамике, но Дереку очень важно было выговориться.