Взаперти

– Какое тело? Какой труп? Помогите! – вопил парень от страха.

У меня ещё сильнее разболелся желудок, и такой ноющей болью, что я скрючился пополам.

– Что с вами? – спросил Полянский.

– Желудок болит.

– Это от голода. Так куда ты дел тело?! – Доктор выхватил у меня пистолет и уставил его на парня.

– Да не видел я никакого тела! – уже вопил тот. – И откуда здесь вообще труп?

– Не прикидывайся, пацан! Где ты отсиживался всё это время?

– На вокзале, – мямлил тот, – я был на вокзале и ждал посадки…

– Что случилось? – послышался в коридоре голос вдовы.

Вскоре вышли и все остальные. Одни смотрели на нового пассажира, как на надежду, как эта вдова – она улыбалась и кивала, когда тот рассказывал, как пришёл на вокзал и взял билет на ближайший рейс и спокойно сел в поезд, но, обнаружив чьи-то сумки на своём месте, пошёл искать проводника.

– Значит, поезд всё-таки остановился? – спросила взволнованно женщина.

– Не останавливался он, – влез старик. – Я не спал последние два часа. У ребёнка, похоже, температура. Вы не могли бы её посмотреть?

– Конечно, зайду, – кивнул Полянский.

– Как это не останавливался? – возмутился молодой человек. – Я, по-вашему, что, на ходу в него заскочил?

– Нет, не на ходу, – приблизился к нему дед. – Ты был здесь с самого начала! – ткнул он в него пальцем. – Убил одного, потом второго и пришёл, чтобы прикончить кого-то ещё! Сколько вас там?

– Кого нас? – Парень бегал испуганными глазами по каждому, кто смотрел на него, будто ища поддержки в каждом и не мог никак найти. Даже вдова, что поверила ему вначале, подозрительно отстранилась.

– Вас! – схватил его Полянский. – Террористов, захвативших наш поезд! Сколько вас там?

– Здесь что, ещё и террористы? – вылупился он.

– А ну, раздевайся! Где ключи от вагона? – кричал на него дед.

– Что вы делаете? – попытался возмутиться парнишка, когда старик с Полянским начали стягивать с него штаны, но, получив хороший удар, скрючился от боли и так и остался лежать на койке покойного пассажира.

Никаких ключей у парня не оказалось, как и какого-либо оружия. Обычный набор вещей: одежда и документы. По которым он был Нил Эмберг.

Раздетый до трусов Нил, всхлипывая разбитым носом, вдевал дрожащую руку в порванный рукав.

– Я сообщу в полицию, – шмыгал он, – на следующей же остановке!

– Да-да, сообщи, – буркнул Полянский и пошёл к ребёнку.

В купе старика Хорхе, как представился дедушка маленькой Деборы, было ужасно душно. Старик метался от двери к окну, не зная, что открыть. Если откроешь окно, говорил он, ветер такой, что её тут же продует, спать с открытой дверью было небезопасно, может, поэтому ребёнок и захандрил.

– И никаких лекарств с собой у вас нет? – спросил доктор, дотронувшись до лба ребёнка.

– Никаких, – ответил старик.