Взаперти

С тех самых времён, когда его жизнь должна была пойти совсем по другому пути. Он проработал врачом около года, а после перешёл в частную клинику. В неё набирали не всех. Учреждение было закрытого типа, и к ним не привозили обычных людей. Там избавлялись от улик на телах, или от самих тел, или от того и другого. Он работал на таких людей, которых нельзя было даже видеть, он работал с телами так, что после него их не могли распознать.

После того как их контору накрыли, ему грозило как минимум десять лет. Но в тюрьму он так и не сел – кто-то нанял ему адвоката, кто-то вытащил его прямо из зала суда. Этим кем-то был тот самый Амаро. С тех самых пор Михаэль занимался другими делами – он добывал информацию из людей, но вполне изощрёнными методами. Иногда человека можно было разговорить, введя смертельную дозу специального препарата, шантажируя противоядием к нему. Что только человек не расскажет, истекая слюной, загибаясь в предсмертной дрожи. Михаэля прозвали доктором, впрочем, он им и был. Он же вытаскивал людей с того света, хоть и сам подводил их к нему. По крайней мере, он делал всё возможное, чтобы не убить никого – зачем ему пачкать руки, если можно обойтись «терапией».

Они прошли через стеклянные двери. Впереди широкий холл и два лифта.

– Веди себя хорошо, – прошептал он ей, перед тем как выйти из машины.

Хосефа вздрогнула от укола."

"– Это яд особого типа, – сказал он. – Не получишь противоядие в течение шести часов – умрёшь.

Она посмотрела на него равнодушно, но даже в том, лишённом надежды взгляде он всё же заметил затаившийся страх.

Ага, понял он, не хочешь? Никто не хочет умирать.

– Но ты же не врёшь мне, правда? – улыбался Полянский. – Тогда тебе не о чем волноваться.

Они прошли по широкому холлу, изображая семейную пару, по крайней мере, ему так казалось, что они неплохо смотрелись вдвоём. Кому он врал, на ней не было и лица.

– Вы к кому? – окликнула их консьержка за стойкой.

– Нам в пятьдесят вторую квартиру, – сказала Хосефа.

– Да, – улыбнулся Полянский.

– У вас есть ключи, мисс? – спросили её.

– Конечно. – Хосефа вырвалась из цепких рук Михаэля и пошла быстрым шагом к консьержке.

И Полянский вдруг вспомнил, что не спросил про ключи. И правда, ведь ничего с собой она не взяла, должно быть, и ключи на ресепшене.

Он так и остался стоять посреди зеркального холла. Как-то долго она там была, каким-то напряжённым казался взгляд этой консьержки…

– Всё в порядке, милая? – окликнул её Михаэль.

– Вызови пока лифт, – обернулась Хосефа.

Эта девчонка что-то задумала, понял он.

Полянский замешкался.

– Нужно нажать на кнопку, – улыбнулась ему консьержка.

Как-то странно она улыбалась…

Охранник смотрел на обоих.

– Да, конечно, – сказал Полянский и пошёл вызывать.