Загадка американского родственника

Мария Александровна никогда особенно домом не занималась. В лучшие для нее времена квартира была на попечении домработницы. Муж целыми днями пропадал в Генеральном штабе. А хозяйка дома — в школе, которой себя посвятила смолоду. С кончиной главы семьи привычные блага ушли. Квартира стала ветшать. Чехлы на креслах посерели. Углы полированного буфета оббились. Паркет, лишенный забот полотера, поменял золотисто-ореховый цвет на неопределенно-бурый. Обои приобрели вообще непонятный оттенок. Бархатные портьеры как-то пожухли и съежились.

— Ну, наконец-то! — поднялась из кресла старушка.

Ребята увидели, что на столе уже расставлены чашки. Посредине красовался большой торт со взбитыми сливками и фруктами. Едва бросив на него взгляд, Темыч остолбенел.

— У меня во сне был точно такой же, — шепнул он Олегу на ухо.

— Потом, — одними губами ответил тот.

Тема неохотно поплелся к столу. Мария Александровна уже опустилась на председательское место. Темыч вздрогнул: именно там сидела старушка из его сна!

— Садись, садись, милый, не стесняйся, — неверно истолковала его замешательство старая учительница.

И, к ужасу мальчика, она показала именно на тот стул, где он сидел в недавнем ночном кошмаре.

Коленки у мальчика затряслись. Он медлил. Ему совсем не хотелось садиться на этот стул.

— Может быть, лучше я рядом с Олегом? — предложил он старушке. — Мы как-то привыкли вместе в гостях сидеть, — ляпнул он первое, что пришло в голову.

— Дело, конечно, твое, — ласково улыбнулась та. — Но мне хочется всех вас видеть одновременно. А там ты будешь слишком уж далеко от меня. Глаза что-то в последнее время совсем слабые стали.

— Прекрати кобениться, Темыч! — подхватила совсем не ласковым голосом Катя.

— Да я что, — начал отодвигать увесистый генеральский стул мальчик.

Тут случилась совсем уж странная вещь. Не успел Тема сесть, как стул с грохотом развалился на куски.

Тема ошалело водил глазами в разные стороны. Он даже не замечал, что зачем-то изо всех сил удерживает обеими руками спинку злосчастного стула.

— Да не смущайся ты! — всплеснула руками старушка, — Это уже третий стул за последний год. Наверное, рассыхаться стали. Вынеси его в кладовку и садись на другой.

— Олег, помоги, — пришел, наконец, в себя Темыч.

Олег взял на себя передние ножки и пружинное сиденье. Тема остался со спинкой.

— Что с тобой делается? — тихо спросил Олег, когда они остановились возле двери в кладовку.

— Сам не пойму, — отозвался бледный как мел Тема. — Ты можешь, конечно, снова мне не поверить, но я теперь точно знаю: тут что-то странное делается.

— По-моему, ты накручиваешь себя, Темка.

— Ты же сам говорил, что вещие сны бывают, — осуждающе покачал головою тот.