Закрой дверь за совой

Лед врезался в лоб Кольки, тот закатил глаза, выронил нож и сполз по стене.

– Я ж тебя просил, – поморщился парень, глядя сверху вниз на неподвижное тело.

Стеклянная кружка откатилась под ноги Тимуру.

Вскоре любопытный прохожий, заглянувший в окна маленького домика в яблоневом саду, мог стать свидетелем странной сцены. На полу, связанные, лежали в ряд пятеро. Четверо – лицом вниз, один на спине. На кровати сидел молодой парень, которому рослый мужчина с мрачным лицом бинтовал плечо. На бинт ушла лучшая рубашка Тимура.

– Он точно жив? – в третий раз спросил Макар.

– Еще раз спросишь, убью, – пообещал Бабкин. К кому относилась угроза, было не понятно, и Илюшин умолк.

Тимур испуганно покосился на тело Кольки. Тот дышал, и даже слюну пускал из угла рта. «Если в себя придет, останется дебилом, – подумал Садыков. – Да и хрен с ним».

Гораздо больше его волновала собственная судьба.

– Я истекаю кровью, – слабым голосом сказал Макар. – Только глоток бензина может спасти…

– У тебя там царапина, – оборвал его Бабкин. – Сиди и не выпендривайся.

Он обернулся к лежащим на полу и обвел их взглядом. Олег что-то замычал. У него единственного рот был забит тряпкой – той самой, которой Тимур вытер пол. Все остальные послушно молчали сами.

– А ну не мешать мне, – угрожающе сказал Бабкин.

В комнате наступила благоговейная тишина.

Сергей обыскал сумки всех пятерых, сходил к машинам и перерыл багажники. Вернувшись, прошелся по дому. Но большая комната была пуста, а в маленькой, использовавшейся в качестве кладовки, не нашлось ничего, кроме древних подшивок журнала «Новый мир», лежавших на полках аккуратными бело-голубыми стопками, точно выглаженное белье.

На всякий случай он посмотрел за подшивками. Одна лишь дощатая стена и мышиный помет.

– Ладно, – сказал Сергей. – Надоело.

Он присел на корточки над Тимуром, и тот вжался в пол. Нависавшая над ним рожа в таком ракурсе была особенно страшна.

– Где диадемы? – внятно спросил Бабкин.

– Что?

– Если ответишь быстро, есть шанс остаться с целыми руками.

– Какие диадемы? – выдавил Тимур.

– Понятно…

Бабкин взял со стола нож, изъятый у Коли, наклонился над Садыковым. Вскрикнули сразу трое, Тимур громче всех.

– Мужик, мужик, ты чего!

– Какие диадемы?

– Он не знает!

– А кто знает? – рыкнул Сергей.

Все смотрели на него.

– Слышь, братан, – наконец очень осторожно начал Паша. Говорить, лежа лицом в пол, было неудобно – слова выходили гулкими, а в нос дуло из щели. – Ты объясни, чего тебе надо-то.

Сергей взял Тимура за грудки, пересадил к стене, как куклу, и объяснил. Тимур замигал.

– Ты постой, постой, – заволновался он. – Откуда у нас такое? Братцы, вы нас с кем-то перепутали!

– Тимур Садыков, – лениво сказал Сергей. – Брат Динары Курчатовой.