Заложница миллиардера

Я делю дни на хорошие и плохие в зависимости от того, как идет реабилитация. Боль, нагрузки, смутные обещания врачей, всё это иногда подтачивает Макара и он начинает дышать штормовым прибоем. Он никогда не срывается, но мне становится зябко от одних его выдохов.

Я прошу медсестру оставить нас и закрепляю датчики для тренировки сама. Я уже знаю, как надо, а Макар в плохие дни спокойно реагирует лишь на мои пальцы.

— Ты опять не принял обезболивающее, — замечаю мягко.

— Кто тебе сказал?

— Твои плечи.

Я выпускаю из рук шнур с миниатюрным датчиком и кладу пальцы на плечи Макара. Сильные, каменные, стянутые нездоровым напряжением.

— Уже месяц, Саша.

Я хмурюсь, пытаясь понять, к чему именно он ведет.

— Месяц реабилитации, — я говорю, потому что Макар упрямо молчит. — Это разве много?

— Ты устала?

— Что?

— Это простой вопрос.

Я замираю, теряясь окончательно. А, когда понимаю, куда повернули его мысли, едва сдерживаюсь, чтобы не ударить его хорошенько.

— Насчет Марины я всего лишь пошутила, Макар. Боже! Я не имела в виду, что замучилась и мне тоже нужен памятник.

Макар внимательно смотрит на меня, словно собрался ловить на лжи.

— Ты молодая и красивая…

— Начинается.

— Ты постоянно в больнице и в моих делах. Я уже видел это.

— Дай угадаю. С Мариной, да?

Он молчит, потому что я угадала.

— Макар, я глупо пошутила и только. Не нужно искать параллели там, где их нет. И потом, месяц не год. Ты рано переживаешь за мою загубленную молодость и красоту, может я уеду через неделю.

Макар усмехается, а потом сам же тянется ко мне. Обнимает ладонями мое лицо крепко и жарко. Спорит со своими же словами, потому что в его руках ярко чувствуется другая истина — никуда он меня не отпустит. Не сможет…

— Это из-за боли, — шепчу ему в губы, заставляя короткими поцелуями не перебивать меня. — Из-за нее в голову приходят дурацкие мысли. Надо принимать таблетки, которые прописал доктор, а не тренировать нордический характер.

Я поднимаю глаза на скрип двери и вижу Алекса.

— Мне можно остаться? — спрашиваю у Макара, который ни разу еще не разрешал присутствовать при тренировке. — Я хочу остаться.

Глава 30

Первые тренировки проходят трудно. Мне физически тяжело находиться рядом, потому что вдруг оказывается, что боль Макара я ощущаю как свою. Без прикрас. Но он не жалеет себя и делает то, что от него ждет Алекс.

Специальный турникет с беговой дорожкой занимает всю правую часть комнаты. Саму дорожку пока не включают, хватает того расстояния, что есть, да и Макар больше тренирует руки. Он держит на них собственный вес, возвращая прежнюю форму, и вспоминает каково это вообще — вертикальное, а не горизонтальное положение. Он учится правильно дышать и делает первые попытки к движению.