Замужем с утра

Постоялый двор казался вполне сносным жилищем, хотя и далеко не роскошным. В такого рода местах обычно останавливаются на ночлег конюхи и крестьяне. Кэтрин уныло обвела глазами деревянную стену, где пестрели почтовые листки, и повернулась посмотреть, как конюхи меняют лошадей.

В следующее мгновение она едва не выронила из рук сумку: внутри что-то шевелилось. Было непохоже, что вещи сбились в кучу… скорее… в сумке был кто-то живой.

Сердце Кэтрин отчаянно затрепыхалось.

— О нет, — прошептала она. Отвернувшись к стене и тщательно пряча сумку от посторонних взглядов, Кэтрин расстегнула замок, приоткрыв маленькую щель.

Из саквояжа выглянула маленькая блестящая головка. Кэтрин с ужасом увидела знакомые хитрые глазки и дрожащие усики.

— Доджер, — выдохнула она. Хорек радостно загукал в ответ, уголки его рта изогнулись в извечной лукавой усмешке. — Ах ты, гадкий мальчишка! — Должно быть, зверек проскользнул в сумку, пока Кэтрин собирала вещи. — Что мне с тобой делать? — в отчаянии воскликнула девушка. Спрятав поглубже в саквояж голову зверька, Кэтрин успокаивающе погладила Доджера.

Не оставалось выбора, кроме как отвезти злополучное создание в Лондон, а там передать в руки Поппи, чтобы та вернула его Беатрикс.

Как только один из конюхов крикнул: «Готово!» — Кэтрин вернулась в дилижанс и поставила сумку у ног. Незаметно приоткрыв саквояж, она сердито посмотрела на Доджера, уютно свернувшегося на ее ночной сорочке.

— Сиди тихо, — строго приказала она. — И не вздумай шалить.

— Что, простите? — пробасила почтенная дама, влезая в карету. Огромное перо на ее шляпке возмущенно затрепетало.

— О, мадам, я обращалась не к вам, — поспешно выпалила Кэтрин. — Я… читала наставления самой себе."

"— Не сомневаюсь, — фыркнула дама. Презрительно сощурив глаза, она тяжело плюхнулась на сиденье кареты напротив девушки.

Кэтрин настороженно замерла, ожидая услышать предательское шуршание. Она боялась, что Доджер затеет возню в сумке и выдаст себя подозрительным шумом, но тот сидел тихо.

Почтенная матрона закрыла глаза, уткнувшись подбородком в пышную грудь. Буквально через пару минут она уже снова задремала.

«Может, все не так уж плохо, — с надеждой подумала девушка. — Если дама проспит всю дорогу до Лондона, а джентльмены снова уткнутся в газеты, возможно, Доджера удастся провезти незамеченным».

Но стоило Кэтрин немного приободриться, как случилось нечто ужасное.

Доджер неожиданно высунул голову из саквояжа, с любопытством огляделся и выскользнул на волю. Рот Кэтрин раскрылся в беззвучном крике, она застыла, беспомощно вытянув вперед руки.