Запах цветущего кедра

Только вот сына никак женить не могла. Но зато всякий раз устраняла барьеры между отцом и сыном: когда тот подрался с негром и месяц отсидел в английской тюрьме, когда транжирил отцовские капиталы на учёных, изобретающих вечный двигатель, и даже когда из патриотических соображений финансировал на выборах кандидата, который оказался соперником родителя. Ну, кто бы знал? Симпатичный мужик — и говорил правильные вещи.

Пока Колюжный разговаривал с матерью, чета Бурнашовых прислушивалась и о чём-то зашепталась — кажется, ссорились.

— Почему вы не сказали отцу, что мы в тюрьме? — с вызовом спросила Сашенька.

— Потому что маме звонил, — Вячеслав отдал телефон. — Сами справимся — не впервой.

Юная супруга Бурнашова обиделась, снова принялась терзать свои волосы, освобождая от репьёв, но сам он воспрял.

— Сначала тюремщиков надо измотать, — и принялся стучать в дверь, — чтоб боялись и уважали. Сейчас строить буду! Чтоб служба мёдом не казалась.

Барабанил четверть часа, прежде чем в коридоре появился краснорожий, явно местный милиционер и открыл кормушку.

— Чего надо?

— Свет включи! — рявкнул Бурнашов. — Моя жена боится темноты! В камере положен свет! А если я подкоп начну рыть?

Тот заворчал, однако включил лампочку, закованную в сетку железной перегородки.

Сатир не унимался.

— Почему нет воды? Здесь, между прочим, женщина! И когда будет ужин? Мы хотим есть!"

"Спустя несколько минут принесли ведро с водой и три кружки, а через полчаса еду — что-то вроде бизнес-ланча из поселкового ресторана, но за деньги. Потом Кирилл Петрович потребовал прогулку и туалет, затем постель, но когда и это доставили, забраковал слишком грязные и комковатые матрасы, от которых у его жены непременно заболит спина.

Ко всему прочему стал требовать чистое бельё и дополнительные одеяла, поскольку в подвале было холодно. Испуганные местные милиционеры сначала суетились, даже извинялись и что-то меняли, несли, но когда Бурнашов запросил врача своей жене и адвокатов для всех, вроде пообещали и надолго исчезли.

— Заело! — с удовольствием определил Кирилл Петрович. — Сейчас последует реакция!

— Тогда мой черёд, — деловито заметил Колюжный. — Явно потребуется физическая сила.

Сашенька заподозрила неладное, напряглась.

— Что вы хотите? Чего добиваетесь? Что всё это значит?!

— Борьба за свои права! — успел сказать Бурнашов.

Загремела лестница, заскрипел ключ в замочной скважине — и дверь распахнулась. Бородавчатый возник в сопровождении двух бойцов, явно оторванный от приятных дел и умеренно гневный. Он приказал выбросить из камеры постель, оставить только воду, вывел Колюжного в коридор, верно, посчитав его главным, и запер глухую дверь в камеру.

Бойцы поставили узника лицом к стене и замерли по бокам, как архангелы.