Запах цветущего кедра

Смиренный кавказец сидел на привязи и старательно обгладывал кость — прикормили.

И больше никого!

— Где Лиза? — спросил он, прислушиваясь к собственному очужевшему голосу, и выскочил на берег.

— Отстали они, — как-то обыденно отозвалась жена молчуна и глянула из-под руки вдоль старицы. — Супротив стрежи гребут.

Рассохин посмотрел в ту же сторону: из-за поворота и в самом деле выплывали два обласа! Шли борт о борт, но ещё далеко. Посверкивали вёсла, серебристая солнечная рябь на воде мешала рассмотреть, к тому же разгулявшийся над водой ветер выбивал слёзы. Течение на старице было таким, что шевелились и дрожали затопленные кусты, вода скатывалась в Карагач и сносила весь мусор, скопленный в пойме за несколько лет. Казалось, что обласа стоят на месте, лавируя между останками всплывшего колодника и графичных сгустков легковесного хлама.

Амазонка проснулась, отползла от утопленницы и теперь недоумённо вертела головой.

— Что?.. Мы где?

Стас снова заскочил в лодку, ринулся к мотору, но на глаза угодил свёрток с телом — знак преследующего проклятия! Он поплотнее завернул одеяло, взял на руки совсем размягший, обвисающий труп и вынес на берег. Огляделся, куда бы положить, нашёл место под крайним кедром. Жена молчуна лишь на мгновение оторвалась от костра, но сам он подошёл с тонким ивовым хлыстом, деловито измерил длину тела, затем прикинул ширину плеч и преспокойно удалился. Оказалось, что мастерил колоду, словно заведомо зная, что Рассохин привезёт утопленницу."

"Анжела пугливо выглядывала из лодки, скрываясь за носовой переборкой. Стас выбросил рыбу на берег, оттолкнулся и запустил мотор. К обласам на середине курьи он подкрадывался, будто к диким уткам, опасаясь спугнуть, и всё же, налетев на топляк, сорвал шпонку гребного винта. Чинить не стал, заскочил на носовую площадку и встал, ожидая, когда поднесёт к старательным гребцам на обласах.

Навстречу плыли четверо, но рассмотреть можно было лишь одного — молодого рыжебородого парня, в долблёнке которого кто-то ещё лежал на дне. Во втором обласе две женские фигуры перекрывали друг друга: одна сидела на корме и гребла, вторая — посередине и спиной вперёд.

Когда расстояние сократилось до нескольких саженей, гребцы дружно положили весла и лодки понесло к устью старицы. Рассохин стоял и пытался рассмотреть и узнать хоть кого-нибудь из этой четвёрки, однако не успевал смаргивать слёзы.

И узнал не глазами — ушами: над рекой раскатился громкий чих, откликнувшийся эхом в кедровнике.

17

Жёлтый мотоцикл, появившись на берегу, мгновенно спугнул Сорокина. Вячеслав тоже на всякий случай отступил за ближайший тополь, однако разглядел Бурнашова в коляске! За рулём же был небритый мужик в зелёной фуфайке, однако в милицейской фуражке и с автоматом за спиной.