Запах цветущего кедра

— Приведу на коротком поводке, — пообещал он.

Мама долгое время занималась первичной дрессировкой диких животных и отношение к ним переносила на всех незнакомых людей.

На встречу с Неволиной Колюжный приехал чуть раньше, но из машины не выходил, сидел рассматривал фото Евдокии Сысоевой, а на слуху были предупреждения матери. Тигрицу он не увидел — узрел что-то опасное и очень знакомое в образе экстремалки, однако неуловимое, как заспанный сон, как некое послевкусие. И сколько бы ни напрягал воображение, узреть хищницу не мог, тем паче в сочетании С таким редким патриархальным именем — Евдокия.

Уворованная фотография была крупного плана, в анфас, и, несмотря на брутальный кожаный наряд, огромные, чуть раскосые глаза источали мирный, уютный покой. Где тут мама узрела скрытую агрессию? Нос тонкий, изящный, правильно очерченный и вовсе не раздутый...

Он закрепил снимок у лобового стекла, налёг на руль и, уставившись на байкершу, не заметил, как во двор въехал знакомый «Лексус» звезды. Оторвал от гипнотического тренинга внезапный звонок Неволиной.

— Я на месте. Ты где?

— Да я тоже на месте! — спохватился он.

— Возле детской площадки. Иди ко мне!

Актриса по-шпионски выскользнула на улицу, изображая барышню на прогулке, и так же незаметно забралась в машину. Пышная грудь была снова расплющена корсетом, бледное от грима лицо создавало впечатление болезненности.

— Деньги на счёт перевёл? — вместо приветствия спросила она деловитым тоном рэкетирши.

Вчерашнее желание отомстить за унижение и «развод на бабки» вскипело почти мгновенно.

— Добрый день, — вежливо ответил Вячеслав. — Ты прекрасно выглядишь, дорогая.

Повторить вопрос она не решилась или посчитала его слова утвердительным ответом, поэтому сразу начала инструктаж.

— Ты — мой телохранитель. Только сделай тупое равнодушное лицо.

Вячеслав сделал, но ей не понравилось. Она сама сняла с него галстук и насадила на его безымянный палец крупную золотую печатку."

"— Ты и так похож на отморозка, — оценила и по-режиссёрски задала она вводную для воображаемой игры. — Бывший бандит, даже киллер. На тебе трупы висят...

И вдруг слегка даже отпрянула, потом отодвинулась, словно пытаясь взглянуть на Колюжного с большего расстояния.

— Это у тебя... откуда? — и указала на фото у лобового стекла.

— Нравится? — ухмыльнулся он. — И зовут здорово — Евдокия.

— Матёрая! У неё кличка — Матёрая!

— Что же в ней матёрого? Милая экстремалка, такой тип женщин мне очень нравится.

— Это же идейная вдохновительница сорокинской секты!

Вячеслав вспомнил оценку матери, но не удержался от соблазна подразнить самолюбие звезды.

— Я бы к такой в секту пошёл...