Запрети любить (СИ)

Черт, это настоящее испытание — видеть его таким и не иметь возможности коснуться.

— Что нужно? — спросил Игнат, глядя на меня снизу вверх. Дверь он держал полузакрытой, не позволяя разглядеть обстановку в спальне, из которой доносилась ритмичная музыка.

— Доставка, — буркнула я. — Мама попросила принести.

Он глянул на поднос и качнул головой. В глазах появилось знакомое презрение.

— Не нужно. Отнеси обратно.

— Почему? Это вкусно. Мама хорошо готовит, — нахмурилась я.

— Я не хочу есть то, что готовит твоя мать. Так тебе понятнее? — с вызовом спросил Игнат.

Всего лишь несколько слов, и я взбесилась.

— Да ты просто зажрался, — тихо сказала я.

— Думай как хочешь, — ответил Игнат и захлопнул передо мной дверь.

— Ты просто сущий ребенок! — выкрикнула я в бессильной ярости.

С трудом справившись с желанием оставить поднос перед его порогом, я ушла к себе. Маме я так и не сказала, что он не стал есть приготовленное ею. Не хотелось ее расстраивать.

Все, на что мне оставалось надеяться, так это то, что скоро моя изломанная любовь пройдет. Сводный брат будет лишь сводным братом, а поцелуи с ним останутся в прошлом.

Любить действительно больно.

* * *"

"Мой день рождения приходился на субботу, и в пятницу после занятий мы со Стешей договорились поехать в торговый центр, погулять по отделам, забежать в любимый книжный и в кинотеатр. Последней парой стоял спецкурс по выбору, и мы с подругой разделились. Так вышло, что я выбрала «Научную журналистику», а Стеша — «Журналистику расследования». Это была единственная пара, где мы занимались не вместе. Встретиться договорились в холле, и я пришла туда первой. Взяла в гардеробе свою куртку и стала ждать подругу, но ее все не было и не было.

Я попыталась позвонить Стеше, но безуспешно, она не брала трубку. Наверняка ее телефон на беззвучном режиме…

И где она так долго ходит? Ребята с ее спецкурса уже минут пятнадцать как спустились, оделись и вышли на улицу. Я уже хотела подниматься на третий этаж, как Стеша появилась — и не одна, а с Сержем. Он держал ее под руку так, словно она была его девушкой. Сказать, что я обалдела — не сказать ничего. Я смотрела на них в полном шоке, не понимая, что происходит.

Серж выглядел спокойно, он вел Стешу за собой, и, кажется, что-то говорил. А ее лицо было бледным, словно произошло что-то ужасное. На них оборачивались — ведь все знали, кто такой Серж. Они явно не понимали, почему он идет под руку со Стешей.

— Это что, его подружка? — спросил с недоумением какой-то худой и высокий старшекурсник, стоящий рядом со мной.

— Да ладно тебе, прикалываешься? Зачем ему такая корова? — возразил ему друг, и, прежде, чем я успела сказать им что-то гневное, они ушли.

Придурки.