Запрети любить (СИ)

«Но любить тебя так больно».

— Игнат…

«Когда ты рядом, на меня будто небо падает со всеми его звездами»…

В четвертый раз я произнести не успела — его губы накрыли мои губы так мягко и нежно, что мои глаза сами собой закрылись, и я инстинктивно потянулась к Игнату навстречу, желая углубить этот поцелуй так сильно, насколько только возможно.

Целовались мы самозабвенно и чувственно до прихода доктора, который сделал вид, что ничего не заметил. Он дал несколько наставлений и отпустил меня домой. Я вышла на улицу, слегка покачиваясь от слабости, и Игнат, поняв это, придерживал меня за плечо.

Он открыл передо мной дверь своей машины, дождался, когда я сяду, и только тогда опустился рядом на водительское кресло. Мы поехали домой, и по дороге он сказал мне, что я могу ни о чем не волноваться — родители ни о чем не знают."

"— Если хочешь, можем пойти к ментам, — с сомнением в голосе произнес Игнат.

— Нет, — покачала я головой. — Я думала об этом, но нет… С одной стороны этих мразей нужно наказать, чтобы они больше не занимались этим. А с другой… Ничего не доказать. Они ведь не успели ничего сделать. И мне… стыдно. Очень.

Как будто я сама какая-то грязная, совратила их.

— Это не твоя вина, сказал же, что моя.

Игнат почему-то крепче вцепился в руль, и костяшки его пальцев выступили сильнее. А я только заметила, что на правой руке они сбиты.

— Это потому что ты дрался, да? — тихо спросила я.

Он усмехнулся.

— Дрался? Драться — это когда на равных. Я просто бил. Если бы не твоя подруга, ему бы пришлось плохо. Она меня остановила.

— Стеша? — удивленно переспросила я.

— Да. Твоя Стеша заботится о тебе. Пошла вместе со мной в квартиру к этим уродам, — вдруг сказал Игнат.

 — Смелая, хоть по ней и не скажешь. Хороших друзей надо беречь. Их мало.

Я улыбнулась. Стеша действительно была смелой девочкой. Сильной и смелой, хотя сама этого не осознавала.

— А насчет наказания ты не беспокойся, — продолжал Игнат. — Раньше они делали интересные видео и продавали их или шантажировали жертв. А теперь сами стали актерами. Главными.

На его лице появилась ухмылка.

— Что ты хочешь сказать? — удивилась я.

— Ты же поняла. Но это было добровольно. Они согласились в обмен на то, что их простят, — расплывчато ответил Игнат, и его глаза снова нехорошо сверкнули.

— Они что, переспали на камеру?! — воскликнула я, а Игнат весело захохотал.

— Нет же, Яся! Они дали признание на камеру, а Серж все снял. Но мне нравится твоя идея! Ты кровожадная.

— Вот оно что… Стоп, как ты меня назвал? — удивилась я.

На пару секунд в салоне повисла тишина — был слышен только двигатель.

— Яся, — наконец, повторил Игнат.

— Яся? — переспросила я удивленно.

— Мне кажется, тебе идет. Звучит мило, — ответил он, глядя на дорогу, но мне показалось, что он смущен.