Застава, к бою! (СИ)

— Отделение, слушай мою команду! Пятеро — за мной. Остальным быть здесь. Наблюдать. В случае появления противника доложить и огонь вести по усмотрению. Ждать дальнейших указаний. Журавлев!"

"— Я! — Ефрейтор оторвал взгляд от рации и поднял на меня глаза.

— Будешь за старшего.

— Есть!

Я и еще пятеро бойцов, среди которых были Малюга и Сагдиев, помчались к дувалу, где уже шел ожесточенный стрелковый бой.

Пограничники безжалостно отстреливали духов, что цепь за цепью продвигались к нам.

Они шли волнами. Первая волна, невзирая на огонь пограничников, продвигалась как можно дальше и залегала, пытаясь обратить все свое внимание погранцов на себя. За ней следовала вторая, которая должна была достигнуть и усилить первую.

Потом вместе обе волны начинали снова наступать, а за ними шла третья. Так, усиливая друг друга, они пытались продвинуться ближе.

Замысел я сразу понял: подобраться к нашим позициям как можно ближе. Желательно метров на тридцать или пятьдесят, а потом просто забросать пограничников гранатами.

Простая тактика, без затей и экивоков. Главный ее минус — слишком серьезные потери среди личного состава. Но насколько я понял, для оставшегося командира душманов, для этого Имрана, потери были вовсе не проблемой.

— Огонь! Огонь! — Кричал Пуганьков, засевший в средней части дувала и не рисковавший поднимать головы.

Я подскочил к Черепанову, который держал оборону у разрушенного края стены, рядом с Мартыновы.

Дав несколько очередей сквозь бойницу, я спрятался от ответных выстрелов, что выбили крошку из камней дувала.

— Плотно идут, Падлы! Очень плотно! — Кричал Мартынов, меняя пулемету коробку с лентой на новую, — мы просто плотности стрельбы такой не обеспечим!

Черепанов, стискивая автомат, внимательно смотрел в бойницу. Я видел, как на лбу его пульсирует напряженная жилка.

— Мы не сможем, — согласился я. Потом глянул на Черепанова. — Кажись, парни, надо нам уже козырем сыграть.

— Хочешь фланги оголить? — Зыркнул на меня Мартынов, готовившийся снова открыть огонь по врагу.

— Вот именно!

Взгляд Мартынова сделался хитроватым. Он ухмыльнулся и выдал:

— Давно пара!

Черепанов, слушавший все это время наш разговор, оторвался от бойницы. Глянул сначала на Мартынова, потом на меня. Наконец, он кивнул. Надел гарнитуру от рации. Заговорил:

— Броня-1! На связь!

Глава 20

Черепанов, под все нарастающим шумом пулеметного и автоматного огня, втянул голову в плечи. Сильней прижал наушник гарнитуры к уху, пытаясь расслышать ответ капитана Жукова.

— Да! Так точно! — Вдруг крикнул он, и я понял, что прапорщику, наконец, ответили.