Застава, к бою! (СИ)

Тогда он быстро юркнул обратно, подергал затвор, отсоединил и проверил магазин. Вернул на место. Снова передернул, и только потом снова выпустить в какого-то невидимого мне врага короткой очередью.

На вопрос Нарыва я не ответил. Мне приходилось внимательно следить за брешью. Если справа, снизу или слева дыры в заборе появлялись враги, я тут же заставлял их прятать голову несколькими выстрелами по их позиции. Тянул время. Вот-вот атака их должна была захлебнуться.

Так бы и случилось, если бы в следующий момент не произошло то, чего никто не мог предвидеть.

— Граната! — Крикнул кто-то из наших и метнул ее.

В темноте я не видел, откуда она полетела и где упала.

Машинально пригнувшись и не снимая пулемета с оконной рамы, я услышал хлопок. Когда легонько выглянул, прячась от случайных пуль, заметил, что душманы притихли.

Попрятались от взрыва гранаты. А потом… Внезапно стали шатать правую секцию, которая уже и так держалась, считай, на одной только арматуре.

— Пытаются расширить проход, — сказал я и открыл огонь прямо по секции.

Так я надеялся отогнать душманов от нее. Нарыв присоединился и тоже выпустил очередь из автомата.

Пули в темноте щелкали по бетону, откалывали от него черные куски.

— Зараза… — Протянул Нарыв, когда секция со скрипом и грохотом рухнула."

"Она упала криво и оперлась о ту, что уже лежала на земле. Духи что были за ней успели юркнуть в укрытие.

Когда они вновь повысовывались, то принялись метать гранаты.

Мы с Нарывом спрятались за стены, по обе стороны окна.

Уже привычным делом на улице раздались первые взрывы. А потом…

Что-то щелкнуло о раму окошка.

РГД-5 просто влетела к нам в стойло. Мне показалось, будто последние полтора метра она прошла как в замедленной съемке. Медленно, и как-то аккуратно упала на земляной пол.

Адреналин в висках забился так сильно, что разум будто отключился. Казалось, инстинкт, или скорее, старинный рефлекс взял над телом верх.

Я просто пнул гранату наудачу, не зная, к чему это приведет. Она покатилась по земле и… оказалась за деревянной перегородкой нашего стойла.

Лицо Нарвыа просто вытянулось от удивления, а потом старший сержант сделал наиболее очевидный шаг: просто упал под стену, закрыв голову руками. Я тоже грохнулся на сырую землю. Едва успел прикрыться и приоткрыть рот, чтобы спасти барабанные перепонки от взрывной волны, как бабахнуло. Хлопок оглушающе разлился по закрытому помещению. Густой черный дым заклубился в пустом стойле, где рванула граната.

Перегородка стойла будто бы вздулась. Доски внизу и середине сорвало, и они повисли на гвоздях. Нас засыпало пылью и щепками.

— Ых… З-з-араза… — Протянул Нарыв, когда эхо взрыва рассеялось.

Ругаясь матом себе под нос, он зашевелился, поднялся на четвереньки.

Я тоже принялся медленно вставать.