Железное пламя

Я находилась в патруле.

– Хорошо, тогда скажи, где он, – резким тоном попросила я, озираясь в поисках Ксейдена. Проклятье, Тэйрн по-прежнему подавлял все мои эмоции, и я не могла его почувствовать.

– У тебя нет увольнительной, не так ли? Боги, ну тебе и всыпят, когда ты вернешься. – Мира вздохнула. Надо было отдать ей должное, она не сражалась в битвах, в которых не могла победить. – Он в тренировочном зале. Как я поняла, только благодаря твоему парню у нас все еще есть этот форпост.

Он – не мой парень. Не совсем.

– Спасибо! – Я отвернулась и, не говоря более ни слова, отправилась в тренировочный зал.

Я любила сестру, я была рада, что с ней все в порядке, но все эти чувства были погребены под царапающим душу отчаянным стремлением увидеть Ксейдена.

В крепости уже велись восстановительные работы, но ведущий к тренировочному залу коридор пустовал. Зачем Ксейдена вообще отнесли для восстановления сюда? Он что, был не в состоянии подняться по ступенькам в свою комнату? Дыра у меня в животе увеличилась в размерах. Насколько же сильно он пострадал?

Когда я вошла в зал, магические огни с лихвой компенсировали угасающий за тремя огромными окнами вечерний свет.

Но никакого импровизированного лазарета я не разглядела.

Минуточку. Что? Я моргнула.

Ксейден сражался на мате. В облегающей форме с короткими рукавами для тренировок. И металл двух его тяжелых мечей звенел о металл мечей Гаррика.

– Ты сегодня медленный, – отчитывал Ксейден друга, безжалостно наступая.

Он двигался так же, как и всегда, со смертоносной эффективностью и с полной концентрацией. Не было никакого сомнения – он был здоров и в великолепной форме. Охватившая меня волна облегчения позволила сделать первый настоящий вдох с тех пор, как я покинула Басгиат, но она быстро угасла.

Коснуться его. Мне отчаянно необходимо коснуться его.

– Ничего. Не. Могу. С. Этим. Поделать, – возразил Гаррик, парируя все выпады Ксейдена.

– Быстрее! – Ксейден наносил удар за ударом, ловко избегая ответных. Каждый взмах его меча переплавлял беспокойство, пережитый ужас и страдания в гнев.

Ксейден невредим, а я как последняя дура позволила эмоциям выйти из-под контроля, позволила своей любви к нему одержать верх над здравым смыслом.

И это моя вина, не Тэйрна. Но дикость, сквозь которую я не могла прорваться? Это стопроцентная вина черной «утренней звезды»: мне не удавалось настолько заземлить связь, чтобы полностью обрести контроль над собой.

Я показалась в поле зрения Ксейдена, его глаза на мгновение округлились, а затем он ударил Гаррика локтем в лицо и повалил его на мат.

Ой."

"Гаррик растянулся на мате, мечи выскользнули из его рук.

– Проклятье!

– Мы закончили, – бросил Ксейден, даже не обернувшись.