Железное пламя

– Эта честь принадлежит Вайолет, если она захочет….

– Захочет, – ответила я тут же.

Ксейден опустил руку, обхватив меня за талию и осторожно оценивая мою реакцию на прикосновения.

«Даже не знаю, где могу к тебе притронуться…»

– Ничего, – успокоила я его, сжав кинжал из темного сплава в правой руке, в то время как левая безжизненно висела вдоль туловища.

Даин отступил, опуская меч, Ксейден помог мне сдвинуться с места, и я зашаркала по засохшим лужицам моей собственной крови на каменном полу. Глаза Варриша дерзко прищурились, несмотря на его бледность. Ксейден поддерживал меня, когда я поднесла к груди мучителя кинжал – пусть он дрожал в слабой руке – и остановила кончик над сердцем, прямо между ребер.

– Я обещала, что ты умрешь в этой камере, – прошептала я, но слишком сильно тряслась, чтобы сразу вогнать клинок. Сейчас мне требовались все силы, только чтобы устоять на месте."

"Рука Ксейдена взяла мою и толкнула вперед, вонзив лезвие в сердце Варришу. И я запомнила выражение на лице мерзавца, пока его покидала жизнь, на будущее. Чтобы убеждать себя, когда неизбежно придут кошмары: он действительно умер.

Я его убила.

Я смотрела, и смотрела, и смотрела, и на меня наваливался груз всего, что произошло, грозя лишить дыхания. Горло свело, глаза горели от жгучих слез, а мысли ушли в пике. Я только что убила вице-коменданта квадранта.

И какого хрена мне теперь делать? Вернуться на занятия? А Ксейден… Ксейден рискнул всем, прилетев сюда за мной.

– Дай нам секунду и пока не убивай Аэтоса, – приказал Ксейден Гаррику, и я услышала, как мы остались в камере одни, после чего он осторожно повернул меня к себе, прочь от тела Варриша.

 – Ты жива. Неважно, что здесь случилось, что было сказано, – ты жива, важно только это.

– Я не сломалась, – прошептала я. – Даин… Он все увидел перед тем, как напасть на Варриша, но я не сломалась, честное слово.

Я покачала головой, и перед глазами все расплылось, а потом очистилось, когда слезы побежали из глаз.

– Я тебе верю. – Он положил ладонь мне на затылок, жадно оглядел своими прекрасными глазами. – Но для меня это все равно неважно. Мы уходим. Я забираю тебя отсюда на хер.

Я моргнула.

– Мы не можем уйти. Они последуют за нами, а Бреннан не готов.

 – У меня задрожали губы. – Ты лишишься доступа к вооружению Басгиата…

– Да мне насрать. Что-нибудь придумаем, когда выберемся.

– Ты потеряешь все, над чем трудился. – У меня надломился голос. – Из-за меня.

– Значит, у меня будет все, что мне нужно. – Он опустил лицо так, чтобы я видела, чувствовала лишь его. – Я с радостью буду смотреть, как Аретия снова горит дотла, лишь бы ты выжила.

– Ты это не всерьез.

Он любил свою родину. Он делал все, чтобы ее защитить.

– Всерьез.