Железное пламя

 – Я посмотрела на Даина, вопросительно подняв брови. Одно дело – защищать меня без свидетелей или иметь дело с моей матерью, которую он знал всю свою жизнь. Совсем другое – прослыть всадником, который все здесь уничтожил.

– Небезопасно и там, куда мы отправимся. – Гаррик переводил глаза от Даина к Ксейдену. – Вы шутите? Мы что, теперь ему доверяем?

– Если он хочет заслужить наше доверие, пусть заслужит, – сказал Ксейден.

У Даина дрогнули желваки, но он кивнул:

– Видимо, моим последним приказом на должности командира крыла будет объявить построение.

* * *– Вот где сейчас наше командование! Прячет тела десятка дохлых виверн! – через полчаса голос Даина, стоявшего на помосте, разносился над строем.

Мы стояли справа от остальных командиров крыла. Солнце зашло за пики позади нас, но света еще хватало, чтобы разглядеть потрясение, недоверие на лице почти каждого всадника.

Только меченые и мой отряд не начали тут же споры меж собой. Остальные же не сдержались, шептались, а то и вовсе кричали друг на друга.

– Так ты себе это представляла? – спросил меня Ксейден, окидывая взглядом толпу.

– Не совсем, – признала я, тяжело опираясь на него, но все же стоя на ногах.

Форма была чистая, рюкзак собран, а я перебинтована с ног до сломанной руки, но многие кадеты все равно с ужасом смотрели мне в лицо. После быстрого взгляда в зеркало я их прекрасно понимала.

Должно быть, Нолон лечил только самые тяжелые ранения, потому что у меня на щеках, лбу и шее красовался великолепный набор из свежих фиолетово-черных синяков и старых, зеленоватых, и эта раскраска уползала и под ворот формы.

Ксейдена трясло чуть ли не все время, когда я переодевалась.

– Если не верите, спросите своих драконов! – крикнул Даин.

«Если драконы согласятся им сказать», – заметил Тэйрн, направлявшийся к нам из Долины. Десять минут назад я наконец доверилась матери и выпила антидот – Тэйрн заявлял, что это было единственное логическое решение, – а он все-таки выбрал меня за ум.

«Что решил Эмпирей?»

Сегодня выбор делали не только мы.

«Решает каждый дракон. Сам за себя. Они не вмешаются и не станут наказывать тех, кто решит улететь и забрать с собой гнезда с яйцами и птенцов».

Это было все-таки лучше альтернативы – полномасштабной резни, убийства тех драконов, кто захочет сражаться.

«Ты правда в порядке?» – спросила я снова. Связь между нами ощущалась странно, будто он сдерживался больше обычного.

«Я потерял Соласа в лабиринте пещер. Не смог лично убить его и Варриша в наказание. Когда я его найду, продлю его мучения перед смертью».

Я понимала его чувства.

«А Андарна?»

«Готовится к бою. Заберем ее, когда будем улетать. – Он помялся. – И ты готовься. Она еще спит».