Железное пламя

– Начальство было на собрании, – парировала Ри и показала нам пачку писем. – И начальство получило почту!

На секунду в сердце вспыхнула надежда, сменяя мою привычную настороженность, – но только на секунду: я тут же постаралась ее уничтожить.

Рианнон стала раздавать письма.

– Ридок. Сойер. Так, это мне, – она убрала письмо в низ стопки. – И Вайолет.

«Он бы не стал!» – сказала я себе, когда взяла письмо, и все же затаила дыхание, прежде чем открыть незапечатанный конверт.

Вайолет, прости, что не написала сразу. Только сейчас поняла, какой сегодня день. Ты теперь второкурсница!

Я расстроилась. И это просто позор!

– Кто пишет? – спросила Рианнон. – Ты огорчилась?

– Мира. И нет, я не огорчилась… – пробормотала я, чуть продвигаясь по очереди.

– Но ты надеялась, что письмо от другого лейтенанта, – догадалась Ри и посмотрела на меня с теплом.

Я пожала плечами.

– Ну я же не дура, – ответила я, но голос предательски дрогнул.

– Ты скучаешь по нему? – спросила Ри тише. Мы почти дошли до лестницы.

Я кивнула:

– Скучаю, хотя не должна.

– Вы вместе? – прошептала Рианнон. – Ну, все знают, что вы с ним спите, но у вас что-то случилось?

Я глянула вперед, чтобы убедиться, что Сойер и Ридок погружены в свои письма. Пожалуй, этой частью правды я могу с ней поделиться.

– Нет, уже не вместе.

Рианнон удивленно нахмурилась:

– Почему? Что произошло?

Я открыла было рот – и закрыла. Так, даже эта частичка правды тянет за собой проблемы. Что же мне сказать? Боги, почему все стало так сложно?!

– Ты можешь мне довериться, я пойму, – с напряженной улыбкой проговорила Рианнон. Я понимала: мое недоверие ее обижает, и от этого чувствовала себя полным дерьмом.

– Знаю, – ответила я.

К счастью, мы как раз начали подниматься по узкой лестнице, так что у меня появилось время подумать.

Мы поднялись на летное поле – широкую площадку, со всех сторон окруженную горами, – и мое сердце замерло, когда я увидела драконов, стоящих в том же порядке, как их всадники на плацу. Драконов так много, они такие разные – и все сильные, прекрасные, рядом с ними ты чувствуешь себя песчинкой, – невозможно не испытывать восхищение.

– Это никогда не будет казаться чем-то обычным, верно? – с широкой улыбкой проговорила Рианнон, когда, вслед за Сойером и Ридоком, мы пошли вдоль строя."

"– Никогда, – согласилась я.

Мы улыбнулись друг другу, и я сломалась. Своей лучшей подруге я должна сказать правду, хотя бы настолько, насколько могу.

– Ксейден был нечестен со мной, – выпалила я. – Мне пришлось с ним расстаться.

Глаза Рианнон вспыхнули.

– Он тебе врал?

– Нет. – Я стиснула письмо Миры. – Но он не сказал мне всей правды. И сейчас не говорит.