Жест Лицедея (СИ)

На его морду наплыла гримаса недовольства. Затем процедил:

— Пошел нах…й. Не твое дело, щенок Шайтана.

Наверное маг, должен держать себя в руках, но меня его слова задели, и я изящно и сильно исполнил као тронг. Зарядить коленом по еб…лу связанному, беспомощному человеку, конечно, подло. Но чего было хамить? А с другой стороны: ночью, когда люди тихо-мирно спят, врываться в чужой дом с оружием и алхимическими штучками, не подло?

Залившись кровью, Бабаш лишь скрипнул зубами — на очередное оскорбление он не решился.

— Сученок, ну ты хоть сейчас понимаешь, что не с тем связался? — вот теперь я почувствовал себя королем ситуации.

А удивленный, даже восторженный возглас Наташи, и вовсе вдохновил меня так, что я едва не воспарил. — Даже если тебе сейчас развяжут руки, я тебя превращу в пепел, раньше, чем успеешь дернуться, — продолжил я, сверля его взглядом, хотя с пеплом я малость прибрехал. — Ты нам больше не нужен. Теперь можно тебя отправить в ад. И если я убью тебя, у жандармов не будет вопросов — все здесь подтвердят, что была самооборона. Желаешь прямо сейчас к чертям на свидание?

— Нет, — не сразу отозвался Бабаш, пытаясь осознать, что так круто поменялось в прежде глупом мальчике, справится с которым казалось проще простого.

Когда мы вышли с гостиной, я отвлек Ирину в сторону и сказал:

— Твой Лапин случайно не имеет хороших связей в жандармерии?

— Я спрошу. Давай сейчас же направим Никифора Тимофеевича чтобы скорее попросил его к нам.

Она было направилась ко дворецкому, но я остановил:

— Штука в том, что жандармы его быстро отпустят. Троцкий это легко решает, — уж знал я по прошлому неприятному опыту. — Если Бабаш снова окажется на свободе, то нас ждут беспокойные дни.

Нужно его как-то изолировать, пока мы не улетим в Москву.

— Да, я понимаю. Обязательно решим это с Павлом Иосифовичем, — Ирина кивнула и пошла к дворецкому.

А я подумал, что нам требуется больше слуг в этом доме.

— Ну-ка иди сюда! — Наташа вцепилась мне в рукав и потянула к лестнице. — Что это за девушка, о которой он говорил?! — она резко остановилась перед вторым лестничным пролетном.

Лаврик, мявкнул что-то невнятное, чувствуя горячее напряжение в хозяйке.

— Сюда иди, — теперь я ее потянул выше, схватив за руку, и попутно придумывая ответ.

Когда мы поднялись на второй этаж, я решил испытать новую, довольно рискованную тактику общения с ведьмочкой. Неожиданно припер ее к стенке и возмущенно сказал:

— Ты что дурная? Не понимаешь самого простого? Речь о Светочке Троцкой! Разумеется, не может там быть никакой любви. Но мне же нужно было, на что-то зацепить Бабаша, чтобы понять, чего от меня они добиваются. Вот я и придумал историю с влюбленностью в картинку в журнале.

— Сам дурак, — отозвалась она, сбитая с толка. — Как-то подозрительно это.