Жест Лицедея (СИ)

Вот так! Мы трахнулись всего за несколько минут! Очень быстро, с такой страстью, что в голове звенело, член ныл, а перед глазами точно разрывались яркие фейерверки! Боги, Перун на Небеси! Я люблю эту суку! Лена ее точно не заменит! И теперь… Теперь мы начинаем понимать друг друга. Я знаю, что и как нужно ей. С ней нужна решительность и грубость. И она в ответ готова сделать мне лучше, чем я могу представить.

Повернувшись и глядя на меня с вызовом похотливой шлюхи, она проглотила сперму и облизнула губы.

— Личико умой, а то у мамы будут вопросы, — рассмеялся я, потом обнял и сказал.

— Как я хочу тебе засадить в жопу!

Наташа рассмеялась, затем предостерегающе сказала:

— Не вздумай, это делать больше ни с кем, понял? — она вытерла лицо халатом. — Иди пока к маме. Я переоденусь и спущусь на завтрак.

— Ага, понял, — я направился к двери. Только понял я лишь то, что надо спуститься к Ирине Львовне и дожидаться завтрака, а вот это: «Не вздумай, это делать больше ни с кем» — тут, извините, плохо со слухом.

Мудак он и есть мудак, хоть императорский кровей, хоть рабоче-крестьянских. Это я про принца — того самого Владимира Ильича, дедушка которого мутил революцию.

Видать, мудак, тоже плотно на мухоморах сидел. Да, кстати, если что, то кровь в моей тушке поблагороднее чем его будет.

В общем познакомились мы с ним в огромном зале пассажирского отделения «Ласковый ветер». Вопреки стараниям Ирины Львовны наша карета прибыла минут на двадцать позже, и принц со свитой околачивался уже там. Проблема лично для меня вскочила неожиданно: я-то не знаю дворцового этикета. Наташа с Ириной и мысли такой не могли допустить. И это резонно: ведь сусел все этикеты знал.

А мне откуда?

Мы зашли. Между двух розово-мраморных колон у фонтана стоит Владимир Ильич, возле него несколько смазливых девиц и шесть или семь разновозрастных долб…ебов, наверное каких-то графов или князей. Вокруг этой банды две шеренги гвардейцев, тесно ограждая их от простого люда. Как только нас пропустили за ограждение, Ирина Львовна с Наташей изобразили книксен: коленочки чуть подогнули, руками края юбок в стороны. А мне-то что делать? Я ж мужик: юбочки не имею и привычки сгибаться тоже. Ну и подошел я по-простецки, говорю ему:

— Приветствую, ваше светлейшество, — и пятерню ему протягиваю.

"

"Через миг понял, что «Приветствую» не совсем то слово, и принц — это не «ваше светлейшество», а «Ваше Высочество». Ну забыл я эту хрень, хотя раньше специально в книге вычитывал. В общем, обиделся он на меня. Сказал:

— Думайте, что говорите! — и руку не пожал.

Ирочку жалко — побледнела она. А Наташе понравилось, она мне даже украдкой подмигнула.

Да, кстати, Лаврика, о судьбе которого так сильно переживала Ирина Львовна, с нами уже не было.