Злые чары Синей Луны

— Храбрая клятва, — сказал Ламент. — Не беспокойся, квестор. Я пришел не затем, чтобы судить вашу королеву. Я не причиню ей вреда. Мне просто нужно поговорить с ней.

— Ты даешь мне в том свое слово, Пешеход?

— Даю, квестор. А мое слово — слово Бога, и оно нерушимо.

— Тогда тебе лучше следовать за мной. Хотя не могу себе представить, что с тобой сделает двор! Чаппи, будь добр, вылезай из-под моих ног. Дай пройти.

— Мне он не нравится, — проворчал пес, не поднимая головы. Шерсть у него стояла дыбом, а хвост был плотно поджат меж задних лап. — От него пахнет могилой.

— Не пугайся меня, — сказал Ламент. — Ты симпатичный пес. Не хочешь со мной поздороваться?

Он протянул руку, чтобы потрепать Чаппи по голове, но пес отпрянул, громко рыча.

— Думаю, тебе, Чаппи, лучше остаться здесь и присмотреть за Тиффани, — сказал Чанс, и пес быстро закивал в знак согласия.

Девушка рассердилась:

— Почему это я должна оставаться здесь? Я хочу находиться в тронном зале, когда Ламент встретится с королевой!

— У нас тут полный зал травмированных колдунов, — тихо пояснил Аллен. — И они могут затеять невесть что, если некому будет их успокоить.

Необходим кто-то, обладающий достаточной магией, чтобы при необходимости утихомирить их. Так что уйми их, а потом присоединяйся ко мне. Ладно?

— Да уж, наверное, — невежливо откликнулась Тиффани. — Ненавижу сидеть в няньках.

Чанс решил удовольствоваться достигнутым и учтивым жестом предложил Пешеходу следовать за ним. Они покинули зал вместе, и все маги испустили долгий вздох облегчения. Тут же поднялся гам перепуганных и разъяренных голосов, некоторые бились в истерике. Кое-кто сидел, привалившись к стене и крепко стиснув руки, чтоб не дрожали.

И никто не смотрел на разбитое и окровавленное тело Рассела Торна. Даже Тиффани и Чаппи.

Реакция придворных на появление в тронном зале Пешехода оказалась еще более выразительной. Чанс провел Ламента внутрь, представил его… И не успел он договорить, как придворные наперегонки рванулись к ближайшим выходам. Они разбегались во всех направлениях одновременно, крича, визжа и страшно бранясь, если кто-то недостаточно быстро убирался с дороги. Некоторые выбросились в открытые окна в надежде, что ров не даст им разбиться насмерть.

Ламент неподвижно наблюдал за происходящим. Подобная реакция была ему знакома. Личная гвардия королевы поспешила вперед, чтобы с мечами наголо встать стеной между троном и Пешеходом. Солдаты посмотрели Ламенту в глаза… и удрали вместе с остальными. Фелиция застыла на троне, бесстрастно глядя на пришельца."

"Слишком скоро не осталось никого, кроме тех двоих, кто не побежал бы никогда, — телохранителя Калли и сэра Вивиана. Плечом к плечу они заняли позицию у трона, встречая Ламента с мечами в руках.