Жестокая свадьба
Она — хорошая девочка, которая влюбилась в Него и вышла за Него замуж. Он — старший сын и наследник богатой влиятельной семьи, учился и жил в Европе. У Него есть «договорная» невеста, которую отец сосватал сыну едва ли не с детства. Но разве это не пережиток прошлого, договорные браки? Брак должен быть по любви, а родители поймут, разве они против счастья сына? В самый разгар свадьбы гостям на телефон приходит откровенное видео с невестой в главной роли. Чтобы не опозорить род и свою честь, жених должен отказаться от невесты и прогнать ее со свадьбы. Вот только что делать, если девушка горячо любима и брачная ночь уже состоялась?..
Мы обошли его на тендере.
— Он так болезненно воспринял поражение? — а вот теперь Аверин открыто издевался.
— Это был слишком дорогой тендер. Дзагоев очень хотел его выиграть.
— Настолько, что без него предпочел переселиться на кладбище?"
"Дан промолчал. Аверин может материться сколько угодно, но выдавать отца Даниял не имел права, это не его тайны. И снова Аверин его удивил, одобрительно хмыкнув:
— Ладно, Баграев, проехали, тут ты прав, это не твоя война.
Теперь пришла очередь Данияла ошеломленно разглядывать собеседника — он что, мысли читает?
— А вот за то, что ты не рассказал мне о своих регулярных сеансах секса по видеосвязи, я потребую с тебя неустойку.
— Пошел ты, Аверин, какое тебе дело… — начал было Дан, а затем вдруг осекся. — Стой, а откуда ты знаешь? Ты все-таки нашел Ольгу? Это она тебе сказала? Ей рассказывала Дана?
— Я уже говорил, в чем твоя проблема, Даниял, — даже не шелохнувшись, заговорил Аверин. — Ты принял за аксиому то, что внесли тебе в уши окружающие и ни разу не усомнился в них, зато сразу же усомнился в своей жене, у которой, насколько я понимаю, просто не нашлось защитников.
— Что ты хочешь этим сказать? — Дан был совсем сбит с толку математическими алегориями.
— Эти несоответствия лезли со всех щелей, но ты предпочел придерживаться того самого противоположного утверждения как единственно истинного.
Дан встал, подошел к окну и уперся руками в подоконник. Обломок арматуры теперь не просто проворачивался, он вбивался снова и снова, протыкая грудь и проходя насквозь, а потом возвращаясь обратно. Да, да, он прав этот чертов Аверин, прав, почему сам Даниял ни разу об этом не подумал? Потому что точно знал, что на фото Данка? Вот только… Дан обернулся и сказал надтреснутым голосом:
— Ты все верно говоришь.














