Жестокая свадьба

И я говорил с Арисхановым, Дана, я сам ему позвонил и принес свои извинения.

— И что он ответил?

— Он меня обматерил, — улыбка Дана была больше похожа на оскал. — А вчера я отправил отцу снимки нашей свадьбы, твои снимки, Даночка…

Она погладила его нахмуренный лоб и поцеловала, Дан притянул ее к себе и некоторое время они целовались, пока дыхание у обоих не сбилось, а ласки не стали настойчивее.

— Пойдем в номер, — хрипло сказал Даниял, и на время Данке стало не до обсуждений мужниной родни.

* * *Июньский день выдался неожиданно прохладным. Сегодня они отмечали пять дней своей совместной жизни — юбилей, по утверждению Дана — в том самом загородном доме, который снимал Баграев.

Улетая в Цюрих, он не стал расторгать договор аренды, оставил дом за собой и оплатил наперед арендную плату. Из номера для молодоженов они со всеми розами перебрались к Баграеву, и уже два дня жили за городом.

Даниял разжег камин, они постелили на пол толстый плед, набросали подушек, пили вино с сыром и занимались перед камином любовью. А в промежутках выбирали, куда полететь в свадебное путешествие.

— Ты же серфер, где лучшие места для серфинга? — Данка влезла в интернет. — Бали, Филиппины, Доминикана…"

"— Дана, — муж перекатился на спину и заложил руки за голову, — какой серфинг? У нас медовый месяц. Что мы там должны делать, знаешь? — и добавил изменившимся голосом: — Иди сюда…

Их уже довольно откровенные ласки прервал сигнал вызова. Дана потянулась, чтобы подать мужу телефон и прочла на экране «Father»[3]. Он нахмурился, принял вызов и коротко ответил на назнакомом Данке языке. Она хотела встать и выйти, чтобы не мешать, но неожиданно муж удержал ее за руку, притянул к себе и усадил между широко расставленных ног.

Данка вслушивалась в интонации и с удивлением понимала, что Баграевы не ругаются. Наоборот, в голосе Дана явно слышались нотки облегчения. И когда муж с задумчивым видом отложил телефон, Данка не утерпела:

— Это отец звонил?

Дан утвердительно кивнул, а потом наклонил голову, посмотрел на Данку и неожиданно улыбнулся.

— Он сказал, что долго размышлял о нашей свадьбе и понял, что готов принять наш брак, а знаешь почему? Твое фото увидел, Даночка. Ты очень на мою мать похожа — не лицом, а вот всем... Я не знаю, как объяснить. Погоди, — он порылся в телефоне и вывел на экран фото женщины в белом облегающем платье, и Данка ахнула. В самом деле, у них было что-то общее — фигура, овал лица, прическа… — В общем, он понял, что был неправ, вынуждая меня к браку с Арисхановой.

— Так он теперь приедет?

— Нет. Мы туда поедем. Нужна еще одна свадьба, Дана, у нас, чтобы все могли прийти. У нас так принято. Это всего лишь дань традициям, куколка, отец простил мне наш брак, но если мы откажемся от свадьбы, моя семья воспримет это как оскорбление.