А жизнь так коротка!
Если встал на бандитскую тропу, придется идти до конца. Леону это ясно с самого начала, как только он поучаствовал в первой разборке и убил первого `братка` из враждебной группировки. Его путеводная звезда – Наташа, дочь всесильного городского пахана Графа, ради нее он будет рваться к вершинам криминальной власти. Он знает, какие реки крови будут пролиты во время `стрелок` и разборок с соперниками, – после гибели Графа каждый из них хочет прибрать к рукам город. И Леон готов пролить эту кровь.
Через полчаса с самодельными масками в карманах Леон, Мизинец и Бобер входили в последний подъезд дома. Поднялись на чердак, прошли по пыльным доскам, настланным на шумный керамзит. Беспрепятственно спустились на лестничную площадку пятого этажа нужного подъезда. Осталось спуститься на четвертый этаж. Хорошо бы при этом никого не встретить.
Но они встретили. Четвертый этаж. Квартира номер одиннадцать. Молодая женщина открывает ключом дверь. Домашний халат, тапочки на босу ногу, мусорное ведро в свободной руке. Стоит спиной к Леону, который шел первым.
Одного мгновения хватило ему, чтобы правильно оценить ситуацию.
Щелкнул замок. Девушка вынула ключ из скважины. И тут же Леон обхватил ее сзади. Не давая повернуть голову, втолкнул в квартиру. Следом за ним туда ворвались Мизинец и Бобер.
Бобер захлопнул за собой дверь. Так ничего и не успев сообразить, любовница Михея вырубилась: Леон аккуратно пережал сонную артерию на ее шее.
– Порядок... – довольный, пробасил Мизинец.
– Телку в чувство приводить надо, щас Михей заявится...
– Сначала маски...
Шапочки они должны были надеть перед тем, как Бобер готов был сунуть отмычку в замочную скважину. Но события развернулись по другому сценарию, удачному. Леону вдруг захотелось узнать, насколько удачному.
– Бобер, а ну-ка проверни свою закорючку, – кивнул он на запертую дверь.
Замок и в самом деле простой. Мечта домушника. Только как Бобер ни старался, отмычка оказалась перед ним бессильной.
– Вот влипли б, – презрительно скривился Мизинец. – Луну ты нам втер, Бобер, а мы и уши развесили...
Еще неизвестно, кого он больше осуждал – Бобра или себя. Ведь, по сути, он лоханулся. Как и Леон. И если бы не фартовая случайность, они бы облажались по полной программе. Девка Михея вмиг бы почуяла неладное. Вон телефон на тумбочке – сняла бы трубку и «02» бы набрала. Или хорьку бы своему звякнула...
Что ни говори, а план был идиотским. Не было в нем твердого расчета. Наобум все.
– Ладно, не боги горшки обжигают...
Настроение упало. Но тут же поднялось. Все-таки их «лажа» чисто теоретическая. На самом же деле у них все пучком...
– Намордники, – напомнил Леон.
Мизинец стал натягивать шапочку. Бобер последовал его примеру.
Леон закрыл лицо и склонился над девкой. А баба она ничего. Роскошные волосы, смазливое личико, ладная фигурка. И годков ей этак двадцать пять. В самом соку девка.

















