А жизнь так коротка!
Если встал на бандитскую тропу, придется идти до конца. Леону это ясно с самого начала, как только он поучаствовал в первой разборке и убил первого `братка` из враждебной группировки. Его путеводная звезда – Наташа, дочь всесильного городского пахана Графа, ради нее он будет рваться к вершинам криминальной власти. Он знает, какие реки крови будут пролиты во время `стрелок` и разборок с соперниками, – после гибели Графа каждый из них хочет прибрать к рукам город. И Леон готов пролить эту кровь.
Только Леон не разделял радости «бригадира». Трупами могли бы сейчас быть и он, и Мизинец, и Кот. Вагонетка бы и тогда выстроил счет. Победный он или проигрышный, для Леона не имело бы никакого значения...
– Я с Графом перетру, надо вас, пацаны, «бабками» затарить. Штук по двадцать баксов на рыло, заслужили..."
"Двадцать тысяч долларов – щедрая награда. Но Леона она не волновала. Меньше всего сейчас он думал о деньгах. Муторно было на душе, гадко. Он посмотрел на свои руки, как будто ожидал увидеть на них чужую кровь. Но крови не было. Только от этого легче не стало...
– Будильник, ты этта, насчет Беса проясни, – обратился «бригадир» к «звеньевому».
– А чо Бес, с ним все ничтяк... Отлежаться ему надо, и все дела...
– Значит, «лепилы» нам на хрен не нужны...
– Не-а, можно валить...
Леон не поверил своим ушам. Хирурга и медсестру собирались отпускать. При переезде на новую хату. Хоть и в экстренном порядке, но они переезжают. А «лепил» не отпускают. Грохнуть их «звеньевой» собирается... Урод! Ему бы только безоружных валить...
– Да ты чо, гад, охренел? – взвился Леон.
Его лицо перекосило от ненависти.
– Урою, падлу! – И Мизинца сорвало с катушек.
Он готов был голыми руками вцепиться в глотку «звеньевому». И ему было жаль Катюху.
– Ша, бакланы! – заорал на обоих Вагонетка.
У «бригадира» авторитет неоспоримый. И Леон его уважал, и Мизинец. Поэтому оба успокоились.
– Чо волну гоните? – продолжал реветь Вагонетка. – Из-за какой-то суки на шефа наезд...
– Не надо «лепил» трогать, – процедил Леон сквозь зубы. – Не сдадут они нас, отвечаю...
– Правда, Катюха, не сдашь? – Мизинец развернул на себя ополоумевшую от ужаса медсестру и заглянул ей в глаза.
– Нет, что вы.
От этого ее ответ прозвучал почти неразборчиво.
Вагонетка задумался. Взвешивал «за» и «против».
– Не, отпускать «лепил» нельзя, – заговорил он. – Пока нельзя. Пока баульских не умоем... А потом можно... Тогда и отпустим... А пока при Бесе пусть побудут. Хата большая, три комнаты. От тесноты не сдохнут...
Вагонетка целиком переключил внимание на дорогу, показывал Коту, куда ехать. Но прежде чем подъехать к дому, где братву ждала новая «яма», он заставил его попетлять по городу.
Дом высотный, стандартная девятиэтажка.
Выгрузились быстро. Поднялись на пятый этаж, заполнили трехкомнатную квартиру. Интересно, сколько у Графа таких конспиративных хат по всему городу?.. Впрочем, Леону некогда было ломать голову над этим.
Кот и Супец съехали со двора. У них работа на всю ночь. Для начала нужно избавиться от угнанных тачек. Затем добраться до «девяток», которые стояли на платной автостоянке возле брошенного дома.

















