А жизнь так коротка!

 – Он вошел в ее подъезд. – Прямо...

Ему уже нравилось ее слушаться. Только он не понимал, что она задумала.

– Поднимайся...

И вот он уже останавливается перед дверью в ее квартиру. Наташа стоит сзади.

– Возьми ключ...

Его рук, собранных на затылке, коснулась связка ключей. Леон повиновался.

– Открой дверь...

Ему хватило минуты, чтобы справиться с двумя сейфовыми замками.

– Заходи...

В ее квартире было тепло, уютно. И ее запах. От него закружилась голова.

Но по-настоящему его голова закружилась, когда Наташа поставила его к стене и развернула на себя. Если он ожидал увидеть зрачок направленного на него ствола, то ошибся.

Он увидел ее глаза – они горели жарким огнем. И ее губы... Он не видел их. Но ощутил их пьянящий вкус, когда она всем телом прильнула к нему...

Целоваться Наташа не умела. Но в ее губах была страсть, и это было гораздо больше, чем опыт. Леон задыхался от чувств. Ему казалось, он попал в рай...

Он держал ее в своих объятиях. Мечта воплотилась в жизнь.

Они могли целоваться вечность. Но кто-то начал открывать незапертую дверь. Наташа не обратила на это никакого внимания. Зато насторожился Леон. Он мягко отстранился от Наташи.

Прежде чем открылась дверь, Леон успел выхватить пистолет. «Глок», отличная семнадцатизарядная пушка. Все время, пока он находился на прицеле у Наташи, он даже и не думал о ней. А сейчас подумал.

На пороге нарисовался крепыш, которого Леон недавно вырубил ударом в висок. Быстро очухался, засранец. И волыну свою достал, в руке держит. Но Леон его опередил, первым наставил на него ствол.

– Брось пушку, руки на затылок, – распорядился Леон.

Телохранитель избавился от оружия и послушно сложил крылышки. Обыскивать его Леон не стал. Да и не успел бы.

..

– Оставь его... – прошептала ему на ухо Наташа. И громко: – Дима, у меня все в порядке. Со мной друг... Иди к машине...

Одной рукой она забрала у Леона «глок», а другую запустила ему в волосы. Ее губы коснулись его шеи. У него сладко закружилась голова. Краем глаза он видел, как уходит ее телохранитель. Потом закрыл дверь на замок."

"И снова их губы слились в поцелуе. Леон не пытался прижимать Наташу и рукам волю не давал. Они целовались, и больше ничего. Но еще никогда он не испытывал такой остроты ощущений, как сейчас...

В дверь сначала позвонили, потом забарабанили.

Но Наташа не обращала на это внимания. И только когда запищал телефон, она отреагировала. Отстранилась от Леона, глянула на него с довольной улыбкой и взяла трубку.

– Да... Да, папа, я... Все в порядке, не волнуйся... Ничего не случилось... Это Леонтий... Ну да, тот самый... Я его арестовала... У меня... Ну да, в квартире... Мы уже помирились... Хорошо... Пока...

Она положила трубку и посмотрела на Леона. Ее глаза горели страстным огнем, на лице блуждала счастливая улыбка...

– Тебе пора...