А жизнь так коротка!

» – не зло и без обиды сказал он.

@B-MAX1 = Охранное предприятие «Ракита» – название, созвучное слову «рэкет», – навязало свои услуги всем коммерческим и финансовым структурам, которые контролировал Граф, – а он держал под собой почти все. Вплотную взялись и за государственные, и за частные предприятия, которые зависели от Графа постольку-поскольку. Алюминиевый и глиноземный комбинаты, нефтеперерабатывающий комплекс, речной порт, завод ювелирных изделий, деревообрабатывающие и ликероводочные заводы... В общем, все, что работало достаточно рентабельно, уже на легальной основе легло под «Ракиту».

В этом деле не обошлось без крови. У нефтеперерабатывающего комплекса, например, была крепкая столичная «крыша» – московские чеченцы его прочно держали. Даже Баул не хотел с ними связываться. Да и Граф терпел «чехов» до поры до времени. И с глиноземным комбинатом та же история. Его держала красноярская братва. Как же, комбинат этот обеспечивал сырьем алюминиевые заводы их края.

После расправы над Черняком и Таранью Граф окончательно впал в немилость у московских воров. Ему уже нечего было опасаться испортить отношения со столичным воровским миром.

И это развязало ему руки. Несколько наездов на чеченцев, и от них только перья полетели. И красноярцев из Задворска погнал – нечего им тут делать. Нефтеперерабатывающий комплекс и глиноземный комбинат со всем их директоратом полностью легли под местную мафию.

У Графа был свой собственный и общаковый бизнес – вполне легальные предприятия. Казино, рестораны, гостиницы, магазины. Этим он занимался сам. Бекас контролировал незаконный бизнес – наркотики, фальшивая водка, оружие, девочки, автоугоны.

Рэкет выпал из сферы его ответственности. Им теперь занимался Леон. А он замыкался напрямую на Графа. Одно это делало его крупнейшим авторитетом сообщества. Алыча держал в своих руках силовую и ударную мощь организации. У него были свои «бригады»: киллерская и карательная. В них был собран весь цвет мафии: бывшие спецназовцы из ФСБ и МВД. За «бабки» эти ребята готовы были мать родную продать. Продажные менты – звучит гадко. Но под их пресс лучше не попадать. В какой-то степени Леон подчинялся Алыче. Ведь его «бригады» – важная составляющая силовой мощи сообщества. Но с Алычой он держался на равных с самого начала, как только встал у руля «Ракиты».

Скоро будет два года, как он у этого руля. Его боятся, перед ним заискивают. И только Жорж не боится. Они с ним друзья, что бы ни случилось.

Жорж поднялся круто. Оптовые базы по всему краю, супермаркеты, торговые салоны. Целая империя. И он в ней император. Если проводить аналогию дальше, то Леон для Жоржа вроде бога. Он держит его фирму под своей «крышей», создает благоприятные условия для работы.