А жизнь так коротка!

Он знал, где можно раздобыть «клопа» и радиомаяк с прибором для определения координат. Только для этого нужно было ехать на железнодорожный вокзал. Не проблема – сели да поехали.

Мощный бронированный джип «Гранд Чероки» вел Микита. Кроме него, Леон с собой никого не взял. Он же и отправился за техникой. Леон остался в машине. Посидит минут двадцать без охраны, ничего с ним не случится.

Джип был припаркован к стоянке перед вокзалом, из его окон был виден парадный вход роскошного здания еще довоенной постройки. Из него выходили люди. С левой стороны от машины – стихийные владения таксистов-частников.

Черный налог эти пройдохи отстегивают исправно – как сыр в масле катаются. Только вот непонятно, что за буза в их вотчине...

В одном месте между машинами собралась приличная толпа. Кто-то кричит и ругается, остальные молчат. И среди этих остальных Леон вдруг увидел знакомое лицо. Олеся...

Она, эта сука, упекла его на зону, сломала ему жизнь. За это она достойна сурового наказания. Но нет, Леон не схватился за ствол. И даже злости не ощутил. Да, Олеся накатала на него заяву в ментовку. Но не из ненависти, из-за любви. Она два года преданно ждала его из Афгана.

А Леон в Наташу влюбился, на Олесю наплевал. А она решила бороться до конца. Дура она, сука, наконец. И тем не менее ее можно понять. Он ведь действительно совратил ее, спал с ней, с несовершеннолетней. А потом его жизнь сложилась удачно. Теперь Леон большой человек, все у него есть. И, главное, Наташа с ним. Самая большая мечта в его жизни сбылась...

А Олеся пусть живет своей жизнью. Бог ей судья...

И все же что там за буза среди таксистов?

Леон вышел из машины, вклинился в толпу.

– Что за шум, а драки нет? – спросил он грозно.

В Задворске его боятся. Имя Булата известно далеко за пределами города. Но не все его знают в лицо. И все же среди частников нашелся сведущий человек. «Булат, Булат, Булат...» – шепотом разнеслось по толпе. И все стихло. Только один мужик, показавшийся Леону знакомым, продолжал бушевать. Да это же отец Олеси.

– Да вот, тачку угнали... – угодливо пояснил Леону один из частников.

В его голосе слышалось злорадство.

– Не будет ставить где попало... – торжествующе добавил он.

Леон посмотрел на Олесю. Их взгляды встретились.

В ее глазах он увидел растерянность.

Никак не ожидала его здесь увидеть. Испуг тоже был. Но он тут же исчез. Растворился в силе, которую излучал ее взгляд. Да, изменилась она, не по-женски крутая. Видно, жизнь потрепала...

– Привет, – как ни в чем не бывало поздоровался он, подходя к ней.

Краем глаза он видел, как перекосило ужасом лицо ее матери.

– Привет, – стараясь скрыть смущение, ответила Олеся."

"– Давно не виделись...

Враждебности в его голосе не было. И она это заметила, а потому немного расслабилась.

– Давно...