Ах, уехал мой любимый

Топала дальше, всеми силами игнорируя, что уже очень близко. И этого маньяка я только что сама вытащила из леса.

Не успела сделать еще один шаг, как плечи утонули в мягких, но настойчивых объятиях. Матвей почти повис на меня, пытаясь остановить.

- Ну, прости, - чуть прохладный нос уткнулся мне в шею. Шаг замедлился, а по лицу сама собой растеклась улыбка. – Ты сказала, что я дурак, а на дураков обижаться нельзя.

Нарочито обижено отвернула лицо в сторону и поджала губы, чтобы не показать улыбку. Хотелось просто прибалдеть, закрыв глаза, от такой неожиданной уютной близости.

- А ты, оказывается, очень быстро бегаешь? – продолжал он меня обнимать сзади и шагать вместе со мной по тротуару, не смущаясь прохожих, что бросали на нас умильные взгляды.

- Ты и не успевал. Я тащила тебя за собой, как воздушный шарик на ниточке.

- Ладно, - хохотнул он мне в шею. – Пусть будет так, тем более, я реально чуть не лопнул от смеха.

- Козырский, блин! – попыталась ткнуть его локтем, но предательский смех разрушил весь образ Снежной королевы.

- Всё, больше не обижаешься?

- Один придурок сказал, что на дураков обижаться нельзя.

***

Нужно быть настоящим волшебником, чтобы не просто вознести на седьмое небо, но и сделать так, чтобы я начала прыгать по облакам.

Матвей оказался именно таким волшебником.

Прогулка рука об руку; вкус тающей сладкой ваты на языке; брызги прохладных капель городского фонтана на горячей коже; ветер, вплетающий в распущенные волосы ароматы этого вечера, и, конечно же, взгляд глаз цвета тёмного шоколада напротив со взрывной карамелью в них, что лопалась мириадами ярких красок, когда Матвей смеялся.

И так, прыгая по облакам, дурацки кривляясь и шутя порой так постыдно, что краснели уши, мы добрались до двери подъезда моего дома.

- Вот, мы пришли, - произнесла я и повернулась к Матвею лицом.

Взгляд наткнулся на крепкую шею с острым кадыком, когда он поднял голову, разглядывая окна кирпичного человейника.

- Где твоё окно? – спросил он и опустил взгляд на меня.

- Оно с другой стороны дома. На помойку выходит, - зачем-то добавила я и сразу опустила голову. Ковыряя носком балетки асфальт, мечтала сотворить такую дыру, чтобы можно было от стыда в нее провалиться.

- Ясно, - хохотнул Матвей и, кажется, стал ещё ближе ко мне.

- Ну, - нарочито весело выдала я и с трудом посмотрела в его лицо, умоляя себя не начать заикаться. – Пойду я, наверное. Поздно уже. Темно…

- Ещё два часа назад ты бесстрашно тащила меня за руку от маньяка, а теперь испугалась обычной темноты?

- Не напоминай, - рассмеялась я, чуть расслабившись. Крепче прижала плюшевого медвежонка к груди и снова остановила своё внимание на лице Матвея.

Невольно облизала губы, заметив как его взгляд упал на них, а затем снова вернулся к моим глазам.