Амалия. Книги 1-5

Он взрослел, и, так как его семья была из самых уважаемых, в скором времени его представили ко двору. Он веселился, развлекался, как мог, и мало-помалу темные воспоминания оставили его. Вдобавок у него появилась другая забота – у мальчика открылась чахотка, возможно, как следствие того, что мачеха была сторонницей сурового английского воспитания и настаивала на том, чтобы пасынок по утрам обливался холодной водой. – Орест сжал губы. – Прошло время. И вот однажды на балу – был сочельник – повзрослевший мальчик неожиданно услышал знакомый смех. Это смеялась его мачеха.

Только она помолодела, у нее было другое лицо, и звалась она иначе. Во всем же прочем – точная копия умершей. Такая же мерзкая, двуличная и с такой же подлой душой.

– Наташа Рябова? – спросила Амалия.

– Да, ее и в самом деле так звали. – Орест потер лоб. – Эта было похоже на наваждение. Но она тоже увидела меня и обрадовалась, что нашла новую мишень для насмешек. Вы когда-нибудь видели, как кошка играет с клубком? То толкнет его лапой, то вонзит в него когти. Вот так Натали пыталась обращаться и со мной. Не то чтобы ей нужен был я или мое богатство – нет, она лишь хотела, чтобы все вокруг говорили об ее очередной победе, на сей раз – над глупым кавалергардом.

Я тогда был серьезно болен, и она в лицо говорила мне слова сочувствия, а за спиной потешалась надо мной. Точь-в-точь, как моя мачеха… – Орест дернул ртом. – И в конце концов ее постигла такая же смерть.

– А Анна Красовская? – проговорила Амалия. – Она тоже напомнила вам мачеху?

Орест отвел глаза."

"– Да. И мне опять стал сниться этот проклятый сон. Как я вхожу в комнату моей матери и вижу, что она мертва. А возле нее стоит мачеха и смеется.

Но с Анной все получилось иначе. У нее был воздыхатель, Витгенштейн. Не знаю, что она успела наговорить ему про меня, но он стал что-то подозревать. И вызвал меня на дуэль, придравшись к пустяку. – Орест поморщился. – Я не хотел убивать его, но так уж получилось, что мне пришлось это сделать. А после дуэли я вынужден был на время покинуть Петербург. И приехал сюда. Я очень устал, Амалия. И просто хотел отдохнуть. Но вы и сами знаете, что началось вслед за этим.

О да, она знала. Но, как оказалось, знала не все.

– Каюсь, когда я увидел мертвого котенка, то почти не обратил на него внимания. Лишь потом, когда в рояле, на котором вы играли, оказалась гадюка, я забеспокоился. Вы всегда были так добры ко мне… и я чувствовал это. Но после охоты, когда мы с Полонским прижали следователя и он сказал нам о своих подозрениях… о том, что вас преследует какой-то безумец… Я ведь знал, что тут ни при чем. Еще оставалась надежда, что все – и котенок, и змея, и выстрел – было лишь цепью случайностей, и я надумал проверить, так ли это.