Амалия. Книги 1-5

Так вот почему на следующий день в читальне у Луизы Сампьер было такое опрокинутое лицо… И вот почему она так странно реагировала, увидев подпись в первом послании…

– А потом, – продолжала Луиза, – начались убийства… появились записки. Я воспрянула духом. Я была бы счастлива, если бы он прикончил их всех – ведь они отняли у него жизнь, и было бы только справедливо, если бы он обошелся с ними точно так же… Адвокат, Проспер и его сестра были уже мертвы. Я поняла, что следующим должен быть Кристиан… и решила не выпускать его из виду.

Поймите меня, я вовсе не хотела останавливать Леонара… Мне было важно вновь увидеть его, услышать его голос… Я хотела дать ему понять, что у него есть союзница, которая пойдет за ним до конца. И когда я увидела Ортанс, которая с торжествующей улыбкой выходила из каюты мужа… мне показалось, что весь мой мир рухнул. Я поняла: все это было ложью, Леонар мертв, мертв… и уже никогда не вернется ко мне. А потом я подслушала разговор Ортанс с Феликсом… Они пили шампанское и смеялись, как ловко им удалось всех одурачить. И Ортанс, которая когда-то уверяла Леонара, что ее жизнь без него не имеет смысла, заявила: «Ну наконец-то этот дурачок хоть на что-то сгодился!» Я… скажу вам честно, мадам Дюпон, я все могла стерпеть, только не это. Мне стало так обидно… не за себя, за него… за то, что он был мертв и не мог себя защитить… Тогда-то я и решила, что убью ее. Чтобы она больше не могла смеяться… смеяться над ним.

Амалия отвела глаза. Какая простая – и вместе с тем какая сложная история… Девочка в белом платье… двенадцать лет… ну да, первая сильная любовь… Хотя обычно первая любовь не длится всю жизнь.

Очевидно, Деламар был все-таки прав: у Луизы Сампьер совершенно особенный характер.

– Конечно, вы меня осуждаете, – сказала девушка, смахивая слезы со щек. – Мне было совершенно безразлично, что станется с Гюставом, из-за него я бы никогда не пошла на убийство. – Она хлюпнула носом. – Наверное, вы почувствовали, что я ни капли им не дорожу, да?

– Я лишь заметила, что он любит вас гораздо сильнее, чем вы его, – отозвалась Амалия, поднимаясь с места.

 – Нет, я поняла, что все дело в Леонаре, когда вспомнила, как вы его описывали. Другие члены семьи дали более или менее схожие описания, и только вы утверждали, что Леонар был маленький и невзрачный. Почему вы так поступили? Да просто вы не хотели, чтобы мы его нашли. Кроме того, вы единственная помнили точную дату его смерти… И я решила, что это неспроста.

Она попрощалась с девушкой и вышла, тихонько притворив за собой дверь.