Амалия. Книги 1-5

– В газетах много чего нет, барышня… Должен сказать…

Однако Амалия не дала Александру дослушать, попросив его проводить Дашу до экипажа.

– А как же вы, сударыня? – спросил офицер.

– Я буду через минуту. Мне надо кое о чем спросить у доктора.

«О чем?» – едва не вырвалось у Александра, но он посмотрел на бледное лицо Даши и понял, что и в самом деле пора уходить.

Снаружи барон наконец-то смог вздохнуть полной грудью. Ворона, кружившая над желтым зданием, печально каркнула и опустилась на ветку росшего поблизости дерева. Ветка качнулась, с нее посыпался снег.

«А все-таки жить хорошо, – подумал Александр. – Да, хорошо…»

Даша всхлипнула. Но вот заскрипели шаги по снегу, и на дорожке показалась мрачная Амалия, которая на ходу натягивала перчатки.

– Извозчик! На Невский! Только не мимо канала, не то мы снова там застрянем, – добавила она, садясь в экипаж.

Извозчик кивнул и хлестнул лошадей.

Глава 16

Обещание на закате

Все смешалось в Северной столице, все смешалось в доме Браницких.

В городе полицейские, переведенные на чрезвычайный режим, трудились день и ночь, устраивали облавы и аресты, вели следствие и допрашивали информаторов.

А в квартиру на Невском проспекте пришло горе, село у порога и не хотело оттуда уходить."

"Скорчившись на постели в своей комнате, Даша рыдала, а вокруг нее метались встревоженные домочадцы. Казимир носил воду, Амалия гладила горничную по голове, а Аделаида Станиславовна уговаривала, успокаивала, но под конец не выдержала и заплакала вместе с ней.

Яков побежал за врачом и приволок-таки полного, добродушного немца в золотом пенсне, который немного удивился, что его позвали всего лишь к горничной, но все же прописал Даше какие-то капли, посоветовал сон, покой и пообещал, что «это пройдет».

Однако то, что сидело на пороге, хорошо знало свое дело, и это никак не желало проходить.

– За что… за что же… – стонала бедная Даша. – Боже мой! Бедный… бедный… И всего лишь из-за каких-то часов! Из-за обычных серебряных часов, боже мой!

– Даша, – наклонилась к ней Амалия, – Даша, я тебе обещаю, даю тебе честное дворянское слово, что их поймают. Ты меня слышишь? – Горничная умолкла и вперила в нее бессмысленный взгляд.

 – Клянусь тебе, их поймают! И я сама сделаю все, чтобы призвать их к ответу!

Но Даша только покачала головой.

– Амалия Константиновна… Что мне это? Его же не вернешь, понимаете… Не вернешь…

И, отвернувшись, снова зарыдала в подушку.

Из аптеки Яков принес капли, и Дашу заставили их выпить, после чего девушка стихла и забылась тревожным сном. Аделаида Станиславовна осталась дежурить возле нее, а Амалия вышла в гостиную, где возле комода с фотографиями стоял напряженный, как струна, барон Корф.