Американец, но все-таки русский

 — выдохнула она.

— Ты почему такая бледная?

— Нет, это я так… — Она вымученно улыбнулась. — Шла очень быстро, вот и запыхалась. Даже голова немного закружилась.

— Давай провожу. Ты куда направляешься? — спросил Карбанов и тут же понял свою оплошность.

К нему она шла. Его искала. Просто стеснялась дать волю эмоциям.

— Я случайно услышала, что тебя вызвал к себе командир базы, — тихо сказала Елена. — Это ведь не просто так, верно?.."

"Карбанов бережно взял женщину под руку и повел ее в обратном направлении, к госпиталю. В такт неторопливым шагам он говорил о том, каким легким выдалось последнее полетное задание. Не рейс, а так, круиз, приятная прогулка. Слетали туда и обратно. Ни обстрелов, ни сложных метеоусловий. Даже не заметили, как вернулись на базу.

Елена слушала его, вздыхала и улыбалась.

— Ну а сейчас? — тихо спросила она, остановившись у крыльца приемного отделения.

— Что сейчас? — не понял пилот.

— Сейчас ты куда собираешься лететь?

Подивившись про себя ее проницательности, он отшутился:

— На своих орлов и соколов хочу поглядеть. С утра не видел. А что у вас в отделении? Ты говорила, будто много работы.

— Да, второй день запарка. Готовим к выписке партию выздоровевших бойцов, заполняем документацию, приводим в порядок их форму.

— Это ты про тех, которые вчера вечером хором пели в курилке?

— Про них самых. Не бойцы, а дикое племя какое-то. Скорее бы от них отделаться.

Они поболтали еще с минуту и попрощались.

— Елена, а ты не желаешь в выходной съездить в город? — спросил он, сделав пяток шагов в сторону столовой и повернувшись.

Она остановилась в дверях отделения и сказала:

— С удовольствием. Давно там не была.

— Значит, договорились?

— Да, — подтвердила женщина, улыбнулась и исчезла в коридоре.

Доглин познакомился с Карбановым в одном из сибирских гарнизонов, куда его направили после окончания Сызранского училища. Николай тогда был капитаном. Именно в его экипаж молодого лейтенанта и назначили летчиком-штурманом. Вместе они пролетали три года, хорошо узнали друг друга и подружились, несмотря на разницу в возрасте. Затем Доглина назначили командиром экипажа, Карбанов также пошел на повышение, получил под начало звено.

Со стороны их крепкая дружба казалась странной. Средней комплектации, подвижный, разговорчивый, шумный Александр и медлительный, немногословный, беззлобный здоровяк Николай вроде бы как-то не очень соответствовали один другому. Готовясь к полетам, Доглин не умолкал и сыпал остротами. Карбанов же лишь кивал в ответ и мог за полдня не проронить ни слова.

Вся история краха первого брака Карбанова прошла на глазах у его товарища. Как-то раз он заметил, что после ужина тот повернул не к дому, а к офицерскому общежитию. Ничего удивительного в этом не было.