Антикиллер-3: Допрос с пристрастием

Ясно, что сейчас он и выкинет главную подлянку…

– Только, дорогой ты мой друг, из этого ствола двух человек замочили! Ладно бы каких-то бомжей, так ведь нет! Коломийцева знал? Нет? Вот видишь! А это мэр города Придонска!

Кровь отлила от лица, Зема закашлялся. Кашель бил его все сильнее, и он не мог остановиться. Лис знал – так бывает при сильном стрессе. Иногда нервный спазм может закончиться рвотой. Поэтому он терпеливо ждал. Наконец, подозреваемый успокоился, отер тыльной стороной ладони мокрый рот.

– А второго ты наверняка знаешь. Это Гоша Тиходонец!

Теперь Зема позеленел.

Его снова стал бить кашель.

– Так что никакой ты мне не друг, я знать тебя не знаю, я буду держаться от тебя подальше и денег на адвоката не дам!

Лис обошел стол и сел на свое место. Сейчас он был серьезен и строг.

– Потому что за таких людей не только тебя на куски порежут, но и твоих кентов, если вздумают за тебя мазу тянуть! И даже сотня таких липовых бумажек, как я сжег, тебе бы не помогли! Тебе теперь вообще ничего не поможет!

– А откуда вы знаете… Ну, про кентов?

– Я все знаю! – уверенно сказал Лис, хотя понятия не имел, что имеет в виду подозреваемый.

 – Поверь, братан, сейчас я – твой единственный кент! Если, конечно, ты меня заинтересуешь… Езжай пока в камеру, думай!

ШкетЧестно говоря, когда его вели в камеру, Шкету было не по себе. С одной стороны, он пацан правильный, «закон» знает, в общак отстегивает, среди блатных «подписку» имеет. С другой – первая ходка, все неизвестно, как оно обернется на деле… Хотя Батон не раз говорил:

– Ты, главное, не бзди! Если что – поможем: малевку[61] зашлем, подогреем.

Не пропадешь! И запомни, как на тюрьме себя покажешь, так и будешь жить дальше!

Но одно дело – гонять порожняки за кружкой пива, а совсем другое – переступать порог зеленой облупленной двери и окунаться в душный и противоестественный мир неволи.

Никакого полотенца на полу не было. Он сделал шаг, услышал сзади лязг захлопнувшейся двери и скрежет железного засова, осмотрелся. В небольшой, метров пятнадцати, хате стояли восемь двухъярусных шконок. Шесть пар глаз рассматривали его с брезгливым любопытством. Так посетители зоопарка разглядывают грязную блохастую обезьяну.

– Привет, бродяги, – сказал он, как учили.

Верткий худосочный парень с большим ртом, гримасничая, выскочил ему навстречу.

– Привет, привет, от старых штиблет. Ты чего под своего косишь? С понтом – порядок знаешь? Блатной, что ли?

Черты лица парня дергались, будто на пружинках. Шкет никогда не видел такой разболтанной мимики. Это какой-то клоун! Такой не может быть авторитетом в хате и встречать новичка. Скорей у него задача затеять ссору.