Антикиллер-3: Допрос с пристрастием

Мы тебя досыта накормим. Сифон, готов?

– Как пионер! – все так же шутовски улыбаясь и дергаясь, Сифон подошел к Шкету.

Вместо морковки он держал в руках мокрое, скрученное жгутом полотенце. Прохор поднял ногу и столкнул Шкета на пол. И тут же на него посыпались тяжелые удары. Оказалось, что мокрое полотенце бьет, как дубинка. Он пытался защититься, но «морковки» оказались в руках еще нескольких человек, удары со всех сторон сыпались на избитое тело. Чтобы спастись от этого «морковного» града, Шкет заполз под шконку. И действительно – бить его прекратили.

Обитатели камеры глумливо, с визгом, смеялись.

– Вот и видно теперь, кто ты такой есть! – прогремел откуда-то сверху голос всемогущего Прохора. – Никакой ты не блатной, а парафин, чушкарь голимый! Сам нашел свое место! Значит, будешь жить под шконкой, как твой кореш Крыса! А вначале пройдешь прописку! А ну, выползай на свет, крыса поганая!

Преодолевая боль в избитом теле, Шкет медленно вылез, с трудом поднялся на ноги. Колени дрожали. До него только сейчас начало доходить – что произошло. «Загнать под шконку» – это самое позорное наказание на тюрьме, так поступают с теми, кто ворует у своих.

Хуже только «опускание», до которого остается один шаг. А он сам залез! Как так получилось? Ведь вышло, что вся его «правильность» ничего не стоит! И по «закону» он теперь «мастевый»…[62] Все перевернулось с ног на голову…

Обитатели камеры расселись на шконках, Шкета поставили перед ними. То ли от побоев, то ли от переживаний, а может, из-за освещения, но он не различал лиц – только мутные светлые пятна. Зато остро ощущал атмосферу нетерпеливого ожидания расправы.

– Выбирай: вилкой в глаз или в жопу раз? – спросил Прохор.

Ответ на него Шкет знал.

– Вилкой в глаз!

Потому что в камере ни вилок, ни ножей нет, есть только ложки.

– Гм… – удивился Прохор. – Тогда скажи, вот ты летчик. Летишь на самолете, мотор отказал. Справа озеро из спермы, слева – лес из х…ев. Куда садиться будешь?

Наступила тишина жадного любопытства.

– В каждом озере есть острова, а в каждом лесу поляны, – дал Шкет правильный ответ.

Сокамерники обескураженно зашевелились.

– В жопу дашь или мать продашь?

– Пацан в жопу не еб…ся, а мать не продается!

Шкет приободрился.

Теперь он различал лица малолетних арестантов. На них читалось удивление. Прохор почесал затылок.

– Ладно, тогда будем тебе зрение проверять…

– Зрение плохое – через рукав ничего не вижу!

– Гля, он и взаправду с понятиями…

Вариантов «прописки» существуют сотни. Но Шкету повезло: на все вопросы он ответил правильно. Прохор задумался. Похоже, что это не лох, а пацан с понятиями.

Тогда, получается, его по беспределу под шконку загнали.