Антикиллер-3: Допрос с пристрастием

 – А вообще, возьми его под крыло, парень перспективный…"

"Через полчаса Коренев выскочил через калитку в огромных железных воротах на тихую улицу, по которой сто лет назад пустили первый в Тиходонске трамвай. Он ходил здесь до сих пор, может быть, по тем же рельсам, только вагоны менялись.

По дороге к машине он отзвонился в отдел, майору Волошину:

– Алексей, я тут на одной интересной помойке хочу покопаться. Подошли Сигаева в помощь.

– Что, Михалыч, одному бичевать не в жилу? – хохотнул тот.

– Офигенно смешно! – сказал Лис. – Набережная, двести метров от «Рака». Давай в темпе.

Как он и предполагал, мусор отсюда не вывозили уже давно. Поиски с привлечением местного дворника увенчались успехом. Шкет не соврал. За баками, под прогнившими оконными рамами, в груде мусора удалось обнаружить два свертка из черных спецовок. В присутствии понятых их тщательно осмотрели. Внутри оказались респираторы и перчатки. Все изъятое поместили в полиэтиленовые пакеты, опечатали и отправили на экспертизу…

– Молодец, Шкет, хорошо сработал! Выйдет из него толк, обязательно выйдет! – сказал сам себе довольный Лис.

* * *В восемьдесят шестую камеру Шкет зашел уверенно и спокойно.

Здесь было светло и просторно. Три пацана играли в домино и настороженно повернули головы в сторону новичка. Шкет подошел вплотную, сбросил кости, сильным ударом в лицо сбил того, кто сидел ближе. Двое других шарахнулись в стороны.

– Вы что, чуханы, офуели! – заорал Шкет. – Не видите, что блатной вошел?! Кто старший?

– Да у нас нет старшего, – испуганно сказал мелкий светлоголовый подросток.

Шкет дал ему «леща».

– Теперь есть! Я Шкет, я буду паханом! Я живу по «законам» и вас заставлю! А ну, встать, построиться!

Сокамерники поспешно выполнили приказ.

Один зажимал платком разбитую губу, подбородок был перепачкан кровью.

– Как зовут? – жестко спросил Шкет, прохаживаясь перед неровным строем.

– Иван.

– Сергей.

– Коля.

– А кликух нет? – презрительно скривился новый пахан.

Ответом было молчание.

– Я вам дам кликухи, – угрожающе пообещал он. – Такие дам кликухи, что не обрадуетесь! Почему в хате грязно, как в свинарнике?! Убраться немедленно, чтоб все блестело! Проверю – шкуру спущу!

Подойдя к ближней от окна шконке, он сбросил постель на пол.

– Ты, рыжий козел, застелить место пахану! А ты быстро чифир завари, да стол накрывай! Все из загашников доставайте, блатному лучший кусок положен! Прописку проходили? Как нет?! Значит, будете прописываться! Совсем обнаглели, чухонцы! Видно, придется кое-кого опустить!

С этого момента жизнь в восемьдесят шестой камере превратилась в ад.

* * *На следующий день Шкета привезли в Центральный райотдел, к художнику. Через три часа напряженной работы получились два вполне качественных фоторобота.