Антология советского детектива-14. Компиляция. Книги 1-11

Голос у него был сухой, надтреснутый. Ког­да он говорил, казалось, выдвигали ящики старого рассохше­гося комода.— Насколько я понимаю, обстановка накаляет­ся?.."

"Разговор, состоявшийся между этими, такими разными с виду, людьми, трудно было понять непосвященному. Имел он одну бросающуюся в глаза особенность: никто из присут­ствующих не называл вещи своими именами. Следуя раз и навсегда установленному правилу, они понимали друг друга с полуслова, с полунамека.

Речь шла об Алферове, сотруднике ОПТУ, неведомо по­чему обратившемся впервые за эти полтора года к Антонине Михайловне, о сводном брате Шагбана Сапиева, попавшем в неприятную историю в Тахтамукае, о возросшей подозритель­ности Дыбагова к Ивасьяну, о каких-то деньгах и, наконец, о шурине Шукаева Зубере Нахове.

Когда хозяйка предложила перейти в гостиную, чтобы сесть за стол, Ивасьян и Муталиб Акбашев задержались в дверях кабинета.

— Все плохо, Тигран',— негромко сказал Акбашев.— Надо кончать. Надоело мне вечно жить в страхе, все чего-то бо­яться...

— А что делать?

Акбашев наклонился к уху Ивасьяна и зашептал. Выслу­шав, тот задумался.

— А люди надежные?

— Абсолютно. Сам проверял... и все договорено. Они еще месяц простоят в Новороссийске...

— Что вы там застряли? — послышался голос хозяйки.

— Идем!

... В гостиной с «молодежью» оставался Митрофан Фи­липпович Воробьев, заготовитель тарной базы Новороссийско­го порта и муж Антонины Михайловны. Наезжал он в Крас-нодар несколько раз в году и проводил дома дня по два, по три. Это был маленький полный человек, близорукий и смеш­ной, который умел только поддакивать, во всем соглашаясь со своей решительной и властной супругой.

Когда Ивасьян и Акбашев вошли в гостиную, он суетил­ся, отодвигая стулья и кресла от уставленного бутылками и всякой снедью стола, приглашая «дорогих гостей» подкрепить­ся. Зулета, Назиади, томная красотка лет двадцати шести, и жена Ивасьяна сидели в это время на софе и хохотали, слу­шая Бориса Фандырова.

—  Прошу за стол,— повторила Воробьева.— Тигран Вартанович, вам, разумеется, быть тамадой! Зулета, Назиа­ди, ведите-ка вашего кавалера к столу!

—  Рад служить обществу,— улыбнулся Ивасьян и, за­няв почетное место тамады, принялся открывать коньяк.

Шутки и смех были в самом разгаре, когда Антонина Михайловна, бросив взгляд в окно, сделала незаметный знак Ивасьяну  Он подошел к ней.

—   Алферов,— шепнула Воробьева.— Но не волнуйтесь Он минут десять простоит у калитки.   С той стороны сада у меня есть выход на другую улицу    Уйти нужно только вам

Тигран Вартанович незаметно покинул комнату, сопро­вождаемый хозяйкой. Когда он вышел с другой стороны дома, в руках у него был небольшой кожаный саквояжик.