Антология советского детектива-14. Компиляция. Книги 1-11

Заплывшие глазки Ханифы испуганно расширились, круг­лое мясистое лицо скривилось.

—   Без истерики,— вмешался участковый.— Здесь это не пройдет.

—    Отвечайте,— нетерпеливо повторил Шукаев. Ханифа все-таки пустила слезу, но, встретив жесткий взгляд следователя, начала отвечать на вопросы.

Она призналась, что в сентябре дважды принимала у себя посторонних. В первый раз это было в середине месяца, числа она точно не помнит. Тогда у нее останавливались на ночь трое мужчин. У каждого была запасная лошадь. Один из них, адыгеец, по имени Асфар, в разговоре со своими спутника­ми называл какого-то -Газиза, сожалея, что не встретился с ним.

Перед отъездом постояльцы выменяли у Ханифы бочо­нок самогона на кривую лошадь.

Сколько не бился Жунид с перепуганной женщиной (а может, она просто притворялась?), о внешности проезжих, ему почти ничего не удалось выяснить. Асфар — черный, усы у него. Вот и все. Она твердила одно: черный, усатый. И только.

Через неделю Асфар явился снова с незнакомым ей че­ловеком. У того наполовину было оторвано левое ухо. Асфар называл его Тау. Приехали они верхом. У каждого  — одна лошадь. Было ли оружие? Да, у одного — берданка, у друго­го пистолет.

Как одеты? Обыкновенно. Черкески, галифе, ичиги. Одноухий — в яловых сапогах. Весь дом провонял дегтем.

—   Может ли она опознать их среди других лиц такого же возраста? — спросил Дараев, глянув на Жунида. Тот пе­ревел вопрос.

Ханифа всплеснула руками и отрицательно затрясла го­ловой. Шукаев, повысив голос, о чем-то препирался с ней несколько минут.

—   Боится,— наконец сказал он Вадиму.— Узнает, ко­нечно, но боится. Потому ничего не заявила и участковому... Держите, Махмуд...— Жунид протянул Коблеву протокол допроса.

— Прочтите ей и, если сама расписаться не умеет, сделайте это за нее. И пусть введут Еганова.

Мурат вошел и безучастно остановился перед столом.

—  Вот что,— обратился к нему Жунид.— Вас я пока отпускаю, но имейте в виду: прекратите торговлю самогоном. Немедленно устраивайтесь на работу. Я проверю.

Еганов пробормотал в ответ что-то невразумительное и вышел. Халифа засеменила вслед за ним, кланяясь и бормо­ча слова благодарности, пока не скрылась за дверью.

— Значит, егановский дом они использовали как пере­валочный пункт,— взъерошив волосы, устало сказал Жу­нид.

— Теперь надо бы добраться до этих постояльцев...

— Ты думаешь — они? — спросил Дараев.

— Не знаю... ничего я, Вадим, не знаю. Давай-ка кончать на сегодня. У меня что-то мозги совсем набекрень. Все пере­мешалось. Сплошная каша...

— У меня тоже,— честно признался Вадим Акимович."

"— Махмуд,— попросил Жунид участкового.— Лошадь эту одноглазую возвратите колхозу «Заря». Акт оформите, как полагается, и представите его в райотделение милиции. Мы завтра приедем туда.