Антология советского детектива-14. Компиляция. Книги 1-11

Работал подсобником на недавно закончив­шемся строительстве колхозной ГЭС.

Начальник сам предложил Жуниду и Вадиму машину для поездки в Тамбуково и, узнав, что в пригородном селении, в пяти километрах от Нальчика, живет семья Шукаева, дружес­ки посоветовал ему проведать родных, тем более, что это по дороге, а утром отправляться в Тамбуково. Суншев за пол­дня никуда не уйдет.

Если бы Жунид знал, как обернутся дальнейшие собы­тия и что может произойти за эти полдня, он отложил бы поездку к семье!

Шофер попался словоохотливый и болтал с Дараевым, а Жунид молчал, рассеянно вслушиваясь в их разговор.

Мыс­ленно он был уже дома.

Своего отца, мать, брата и сестер он не видел два года. Как-то они живут? Мать, наверно, совсем постарела...

Семья Шукаевых принадлежала к числу тех счастливых кабардинских семей, верных национальным традициям, где родители смотрят на каждого вновь родившегося ребенка, даже если живется им трудно, не как на лишний рот, а как на продолжателя рода, как на будущего человека, который обязательно прославит свою фамилию. Два брата и пять сес­тер, кроме отца с матерью, садились к очагу в небольшом турлучном домике Шукаевых.

И с детства между ними цари­ли"" дружба и взаимное понимание

Жунид был старшим и, как издавна повелось у горцев, самым уважаемым в семье. Его примеру следовали остальные, к его советам прислушивались. Но положением своим он никогда не злоупотреблял.

Отец Жунида, потомственный коневод, весь свей век трудился и воспитал детей в духе несложной, но справедли­вой морали, которая вся умещалась в рамки мудрой посло­вицы: «Береги честь смолоду».

Постигнув уже при Советской власти азы грамоты, Ха-лид Шукаев видел честь и славу своих детей в ученье.

И всех сумел «вывести в люди». Среди братьев и сестер Жунида были врач, учительница, агроном. А младшие еще учились в горо­де — в ЛУГе, как называли тогда Ленинский учебный горо­док. Сейчас старики, скорее всего, жили одни: из писем отца Жунид знал, что одна из сестер в командировке, а другая приезжает только, на каникулы, она учительница и живет с мужем в другом селении.

... Прежде чем выехать на шоссе, они остановились воз­ле старенького кирпичного здания вокзала, где оставили свои немудреные пожитки.

Приезжая домой, Шукаев никогда не забывал о подарках. Отцу — четверть хлебной водки, к кото­рой он не то чтобы имел особое пристрастие, но предпочи­тал всем иным напиткам, исключая разве что медовую кабар­динскую махсыму, матери — большой флакон одеколона и шерстяной платок, сестрам — отрезы на платья, брату — городские туфли, книги и недавно появившуюся в продаже, но еще дефицитную наливную ручку. Словом, никто не был забыт.