Антология советского детектива-14. Компиляция. Книги 1-11

Шукаев медленно поднял руку, все так же не сводя су­рового взгляда со старика, разжал ее и спросил, отчетливо произнося каждый слог:"

"— Довольно притворяться, Самуил Исаакович, вы в прошлый раз солгали нам относительно цели вашей поездки в Дербент  Вы все еще надеетесь найти «вторую каплю»...

Сначала, увидев кольцо, Чернобыльский подался всем телом вперед, словно хотел отнять его у Шукаева, потом как-то обмяк, ссутулился, и в склеротических глазах его появи­лись слезы бессилия.

—  Отвечайте!

—  Так что ж... что ж отвечать-то,— бессвязно пролепе­тал он и трясущейся рукой полез в боковой кармашек лет­него чесучевого пиджака.

Долго не мог отвинтить крышечку футляра с валидолом, потом, наконец, достал таблетку и, положив ее под язык, несколько минут сидел молча, закрыв глаза.

Они ждали.

Чернобыльский прижал ладонь к левой стороне груди, глубоко вздохнул, покатал таблетку языком во рту и открыл глаза.

—  Так и убить старика недолго,— сказал он, открывая глаза.— Разве ж можно?

—  Мы хотели бы получить ответ, Самуил Исаакович,— напомнил Жунид, тоже понижая голос.— Ваше волнение..

— И не говорите за мое волнение,— старик, кряхтя и охая, облокотился о край стола.

— Я старый больной чело­век, молодые люди, так разве ж долго, спрашиваю я вас, растревожить мое слабое сердце..

—  Что вас взволновало?

—  Я золотых дел мастер, господа хорошие, хоть и давно не у дел. А вы знаете, что такое настоящий ювелир, кото­рый видел, имел и держал в руках столько, что хватило бы на несколько роскошных жизней!

—  Самуил Исаакович,— строго заметил Дараев,— нас не интересуют ваши воспоминания.

Старик слабо махнул рукой.

— То ж разве воспоминания? . Вы спрашиваете — я от­вечаю   И не перебивайте меня, молодые люди.

.

Жунид сделал знак Вадиму  Потерпи, мол.

—  Пожалуйста, говорите.

—  Так вот. Отчего я разволновался? А как вы думаете? Хотя и другая жизнь теперь, и все то, что имело когда-то свою цену, нынче той цены не имеет, но я-то человек старого вре­мени... И нового из меня не исделаедць. Вы сказали,— он посмотрел на Жунида,— «вторая капля»... Чтоб вы знали, прежде и камни имели свои имена. Алмаз, который у меня украли в девятьсот четырнадцатом году, имел название «вторая капля». По-арабски — «Катрантун таниятун».

Я, грешным делом, когда вы достали свое колечко и сказали те слова, по­думал, что у вас в руке мой камешек. Чуть Богу душу не отдал. Уж поймите меня, старика, молодые люди...

—  А этот перстень вы никогда не видели? — снова рас­крыл ладонь Шукаев.

Старик даже не стал смотреть на кольцо.

—  Нет, не видел. Дешевые побрякушки — не по моей квалификации,— он снова прикрыл веки и потер грудь рукой.

Наступила долгая пауза. Жунид не прерывал ее, наблю­дая за Чернобыльским. Все было как будто правильно и объ­яснимо.