Антология советского детектива-14. Компиляция. Книги 1-11

* * *Через полчаса они уже ехали к урочищу Халкол. Ночь была темной: тучи густо закрывали небо, на котором не мер­цало ни одной звезды. Душный воздух застыл, наполненный запахом пыли и привядших от дневного зноя трав. Шоссе виляло между холмов, подбираясь к предгорьям.

За рулем сидел Анвар Шахтанов, прямой, уверенный в себе и, судя по улыбке, блуждающей на его тонких губах, чрезвычайно довольный, что он ввязался в эту ночную поездку и, если повезет, будет принимать участие в поимке опасных преступников.

Вадим Акимович, тоже уставший, вдруг почувствовал, что его уже не клонит ко сну,- как на допросе Риты, и, посмот­рев на часы, покачал головой.

Половина четвертого. Теперь с новой силой захочется спать уже на рассвете, когда на го­ризонте, над горами, забрезжит светлая полоса зари.

—  Жунид,— сказал он, положив руку на плечо Шукаева...— У меня давно вертится на языке несколько вопросов...

—  Задавай. Теперь темнить не стану,— весело сказал Щукаев.— Наверное, почти на все сумею ответить.

—  Скажи... почему ты тогда послал в Дагестан одного Арсена? Вон что здесь, оказывается, творится, в Дербенте.

Жунид понимающе кивнул.

—  Скажу. Во-первых, я не мог знать, что главари бан­ды здесь. Во-вторых,— по поводу мельхиорового кольца у меня тогда ничего не было, кроме смутных, признаюсь чест­но,  довольно-таки  фантастических догадок...  И,  в-третьих, главным тогда было расследование убийства работников фаб­рики, а не кольцо. Кроме того, мне хотелось дать возмож­ность Арсену поработать самостоятельно. Он доказал, что умеет это делать.

—  Ну, да,— возразил Сугуров.— Сразу расшифровался.

—  И привез кучу важных сведений.

—  Еще вопрос.

—  Давай.

—  Хапито и Паша-Гирей бежали из тюрьмы седьмого ап­реля. Когда они успели попасть в шайку Садыка?

—  Многого ты от меня хочешь. Тут я могу только предполагать. Очевидно, они шли к Феофану. И потом — ответ на этот вопрос будет зависеть от выяснения подлинного имени ювелира. Возможно, и Хапито, и Паша-Гирей знали его раньше.

—  У тебя на этот счет есть что-нибудь?

—  Есть. Меня навела на размышления кличка «Хан» и религиозный сан Омара Садыка. Он совершил паломничест­во в Мекку в свое время. Не так уж много хаджи осталось на Кавказе.

—  Кого ты имеешь в виду?

Шукаев замялся.

—  А сказал — на все отвечу.

— Ладно, шут с вами. Восемь лет назад в осетинском ауле Докбух мне пришлось побывать у одного хаджи. Звали его тогда Балан-Тулхи-Хан. Мне было известно, что он боль­шой знаток золотых вещей и драгоценностей. И настоящее его имя я тогда установил...

_  ??!

— Лялям Бадаев.

— Ты хочешь сказать...

— Ничего я не хочу,— притворно рассердился Жунид.— Одно мне ясно: если Омар Садык окажется Лялямом Балаевым,— все станет на свои места.